А Васька слушает, да ест

31 августа 2009 г.

Сколько грозных заявлений прозвучало за последние несколько лет со всех этажей власти, сколько перьев сломано журналистами, сколько слов (в том числе ненормативных) произнесено народом, сколько материальных и финансовых средств потрачено на борьбу (или имитацию борьбы) с коррупцией. А она, эта треклятая коррупция лишь ухмыляется и издевательски показывает нам язык. Да помалкивает, как тот кот из бессмертной басни Ивана Андреевича Крылова. Следуя этой же басне «пора бы власть употребить». И стала эта самая власть в разных городах и весях законы сочинять о том, как нам всем противостоять этой беде. Вот и наша Томская государственная Дума, как и другие регионы, решила принять закон «О противодействии коррупции». Я, как узнал об этом, очень обрадовался. Вот, думаю, как шандарахнем сейчас по коррупции из главного калибра, так забегают, засуетятся коррупционеры и прочие взяточники, земля у них под ногами гореть будет. Полетят головы у любителей за короткое время поднять цены на лекарства в разы (ведь без коррупционной поддержки это сделать невозможно). Задумаются все причастные к установлению тарифов, забеспокоятся те, кто уже несколько лет издевается над жителями Томска, за свои средства и своими руками построивших коллективные погреба и не имеющие возможности их приватизировать. Поднимут, наконец, головы владельцы мичуринских участков, бросающие их из-за трудностей с оформлением документов. Легче станет деревенскому жителю оформить бумаги на право собственности своей же, родительской ещё, лачуги. Обрадуются предприниматели возможности в несколько раз сократить процедуру получения земельного участка. Пока я так рассуждал, закон оказался принятым областной Думой в первом чтении, и там ничего похожего на мои мечтания не оказалось. Это лишь рамочный законопроект, вроде методических указаний чиновникам. Посчитав, что и такой закон может быть полезен, я отправился на собрание Совета общественных инициатив, членом которого я являюсь. По пути сетовал, что было бы полезнее сначала посоветоваться с представителями общественных организаций, а затем только выносить законопроект на собрание Думы. Утешал себя тем, что такова специфика отношений властных структур с имеющимися при них общественными образованиями (сначала решение, а потом обсуждение), а также есть хоть и небольшая и далеко не всегда реализуемая, но возможность перед вторым чтением внести в законопроект какие-то поправки.
Совет собрался, как всегда, дисциплинированно и при необходимом кворуме. Говорили о качестве обсуждаемого документа, в том числе о его целесообразности. Обменялись мнениями о доверии к власти, о запланированном увеличении зарплат госслужащим, об учреждении нового государственно-общественного органа при губернаторе, внесли конкретные предложения по изменению некоторых статей проекта. Решили создать рабочую группу по рассмотрению предложений с включением в неё представителей СОИ. Возглавил группу председатель правового комитета. Он же заместитель спикера областной Думы Григорий Шамин. Обсуждение предложений было своеобразным. Этакий словесный пинг-понг. Сидящие в зале члены рабочей группы, в том числе два представителя совета общественных инициатив, вносили предложения, а сидящий за столом президиума заместитель спикера их, как правило, отвергал. Принимались только те предложения, которые устраивали руководителя группы или которые он предлагал сам. Я поинтересовался, как быть с теми замечаниями и предложениями, который руководитель рабочей группы отмёл своим единоличным решением. И нельзя ли их рассмотреть коллегиально на заседании правового комитета или на собрании самой Думы. Было отвечено, что правовой комитет не обязан рассматривать все предложения, а Дума будет рассматривать лишь то, что ей будет рекомендовано правовым комитетом. Что же предлагалось и было отвергнуто? Опуская менее значимое, остановлюсь на главном. Законопроект в нескольких статьях предлагает «сотрудничество государства с институтами гражданского общества, международными организациями и физическими лицами» путём проведения антикоррупционных экспертиз и контроля за соблюдением законодательства о противодействии коррупции. Однако, что это за институты, каким образом, на основании каких документов они будут проводить экспертизы и контролировать в проекте закона не сказано. И уж совершенно непонятно, как контроль будет осуществлять «население Томской области». Т.е. отсутствует механизм действия закона, а без этого закон бессилен. В такой ситуации, по нашему мнению, мог бы помочь областной закон о взаимодействии органов власти и общественных организаций. Соответствующий проект, одобренный Советом общественных инициатив и Томской городской общественной палатой, уже 2 года находится в правовом комитете областной Думы и никаких действий по его разработке в Думе даже не предлагается. Как не происходит никаких подвижек по разработке предложенных Томским городским Комитетом избирателей ещё несколько лет назад, также одобренных общественными организациями и получившими благоприятные отзывы экспертов проектов законов Томской области: об отзыве депутатов, о депутатской этике, о наказах избирателей. Будь они приняты, едва ли позволил бы себе депутат областной Думы на собраниях Думы тосковать по лагерям и психушкам сталинских времён. В этой связи приходит на ум крамольная мысль о неслучайности отсутствия в проекте закона механизма взаимодействия между властью и обществом. Практика, к сожалению, свидетельствует о том, что любое «посягательство» на осуществление какого-либо общественного контроля, будь то контроль на выборах или депутатская деятельность, отвергается или просто игнорируется. А если иногда и удаётся что-то в этом направлении продвинуть, выполнение принятого решения нередко оказывается весьма затруднительным. Недавно под воздействием группы инвалидов Государственной думой Томской области было принято постановление, регулирующее порядок доступа населения на собрания Думы. Но и в том документе его составители остались верны себе, обусловив индивидуальное право множеством ограничений. Читаешь этот документ, и всё время хочется спросить: «почему» и «зачем». На мой взгляд, это просто образец бюрократических наворотов. Кстати, есть другой проект постановления по данному вопросу, представленный Комитетом избирателей ещё несколько лет назад. И, по-моему, он более отвечает интересам граждан. Но, похоже, наши власти твёрдо стояли на позиции: чем дальше от населения, тем спокойнее жить. На собрании Совета и на рабочей группе предлагалось значительно сократить законопроект за счёт изъятия из текста перечня организованных вопросов, которые должны решать губернатор, Дума, органы исполнительной власти по борьбе в коррупцией. Уверен, что и губернатор и другие властные структуры знают свои права и обязанности в этой сфере деятельности и, судя по выступлению на собрании СОИ заместителя губернатора Юрия Сухоплюева, уже давно этим вопросом занимаются. Стоит ли напоминать им об этом, да ещё при помощи специального закона?
Остались и другие вопросы, звучавшие на собрании совета общественных инициатив и в рабочей группе. Например, почему наблюдение за реализацией мер по профилактике коррупции возложены исключительно на исполнительные органы государственной власти. Без привлечения к этой работе общественных сил получится, что чиновники будут наблюдать сами за собой. Не нашло поддержки у руководства Думы и предложение о включении в систему антикоррупционных мер борьбы с бюрократизмом и волокитой, которые являются отличной питательной средой для существования коррупции.
Зато в проекте закона есть пункт, требующий повышения зарплаты госслужащих. Обосновал это предложение заместитель председателя Думы тем, что если не сделать этого, чиновники могут обидеться, и будут увольняться. И добавил, что будет этот пункт в законе или не будет, зарплаты госслужащих всё равно будет повышена. Любопытное высказывание, не правда ли?
Ну что же. Дождёмся второго чтения законопроекта. Может он станет более весомым. Как говорится, поживём – увидим.

Александр Егоров, корреспондент газеты «Гражданский Голос в Томске», юрист-консульт Томского городского Комитета избирателей, член Cовета Общественных Инициатив при Госдуме Томской области