О Госсовете

3125-arton3116
29 января 2010 г.

Выдержки из стенограммы заседания Госсовета с комментариями

Прошедшее 22 января 2010 года заседание Госсовета интересно тем, что на нем руководители государства и лидеры всех политические партий дали свои оценки сложившейся политической системе. Но поскольку в основу многих оценок было положено искажение фактов, или, скажем так, … полуправда, я счел необходимым дать свои комментарии (они набраны курсивом).

Ниже приведена не вся стенограмма, а только выдержки из нее – только то, что, с моей точки зрения, касается общей оценки политической системы, а также выборов и избирательной системы (ну и немного о судебной системе, поскольку она оказалась непосредственно связанной с проблемой честности выборов). При этом я отказался от последовательного изложения, а сгруппировал все высказывания по трем разделам: оценка политической системы, оценка выборов 11 октября 2009 года и предложения по «развитию политической системы»

Аркадий Любарев

Оценка политической системы

Д.МЕДВЕДЕВ:

И я готов повторить в начале своего выступления то, о чём говорил неоднократно: наша политическая система работает. Она работает далеко не идеально, но работает.

Ну, так можно сказать обо всем. И о нашей милиции, и о старом холодильнике.

За последние годы были приняты действенные решения, направленные на укрепление и укрупнение партий.

Мы с Александром Кыневым на эту тему уже написали: укрупнение и правда произошло, но вот с укреплением вышла промашка. Какое же это укрепление, если все партии, кроме одной, несмотря на избавление от конкурентов внутри своей ниши, стали получать меньшую поддержку избирателей, чем прежде?!

Вместе с тем партии получили и дополнительные – я бы даже сказал, беспрецедентные – дополнительные возможности. Выборы в Государственную Думу проходят исключительно по партийным спискам. Как минимум половина депутатов региональных законодательных собраний также избирается по партийным спискам.

Партии получают финансирование из федерального бюджета, то есть существуют практически на деньги избирателей.

Ну, справедливости ради надо сказать, что не все партии получают финансирование из госбюджета, а только набравшие более 3% (в нынешних условиях – только 4 из 7). Или Президент имел в виду не официальное финансирование, а то, о чем писала Наталья Морарь?

Только партиям с прошлого года дано право выдвигать кандидатов на замещение должностей в субъектах Федерации, представляя их Президенту.

Не партиям, а одной партии (формально – одной в регионе, фактически – одной в стране).

Перечень этих полномочий можно продолжить. В результате той работы, которую мы с вами вели последние годы, количество партий стало меньше, но их влияние заметно повысилось, в том числе и на региональном уровне. Организационно все партии стали сильнее: и правящая партия, и партии оппозиционные.

И в чем же это повышение влияния проявляется?

Напомню, что в 2004 году у нас было 48 партий. На сегодняшний день в России действуют семь партий. Но количество партийных фракций в региональных парламентах резко возросло: с 91 фракции в 2004 году до 211 – в 2007 году и 248 – в 2009 году. Напомню, что в 2004 году фракции «Единой России» действовали в 56 субъектах Федерации, а в прошлом году – во всех; компартии Российской Федерации в 2004 году – в 17 региональных парламентах, а в 2009-м – в 67; либерально-демократической партии: в 2004 году – в 6, в 2009 году – в 43; «Справедливой России»: 18 такого рода фракций было в 2006 году и 50 – в 2009-м. Есть и представители некоторых других партий в региональных парламентах. Эти цифры сами за себя говорят.

Здесь подмена: повышение числа фракций – результат реформы 2001–2002 годов (которая только в 2008 году завершилась в том смысле, что во всех регионах прошли выборы по партийным спискам). А контрреформа 2004–2007 годов приводит к сокращению числа фракций. Достаточно посмотреть на Москву (2 вместо 3), Тульскую область (3 вместо 7), Республику Марий Эл (3 вместо 5), Ивановскую область (4 вместо 6) и Амурскую область (3 вместо 8).

Регионы в России не похожи друг на друга, традиции и социальная структура каждого из них уникальны и неповторимы, но нет ни единой территории, где все до единого жители имели бы одинаковые политические предпочтения. Поэтому руководители всех без исключения территорий обязаны взаимодействовать с отделениями всех партий, действующих в регионе, даже если эти партии и эти отделения малочисленны, даже если за эти партии голосуют полпроцента избирателей, но эти полпроцента избирателей – это наши граждане, и их мнение должно быть услышано властями.

Какая трогательная забота о полпроценте! А где забота о 4%? Почему 4% избирателей, проголосовавших за некую партию, лишаются представительства? И – обратите внимание – «их мнение должно быть услышано властями» – не народом.

Состав региональных парламентов также неодинаков. Есть у нас такие удивительные законодательные собрания, где только одна зарегистрированная фракция, есть и другие (и таких, кстати, большинство), где работают от двух до пяти фракций. Конечно, здесь невозможна унификация, самому избирателю решать, какие партии должны работать в парламенте, а какие нет. Но руководители субъектов должны проанализировать соответствие партийного представительства запросам избирателей.

Интересно, как они должны проанализировать? По какой методике?

Одна фракция, на мой вкус, во всяком случае, для любого региона – это слишком мало. Всё равно есть люди с другими взглядами, которые голосуют за другие партии. Может быть, и две недостаточно.

Он еще сомневается!

Уважаемые коллеги! Если в формировании органов государственной власти субъектов Федерации в той или иной степени участвуют практически все партии, то на уровне местного самоуправления картина иная. Почти половина из 246 тысяч депутатов представительных органов муниципальных образований – это единороссы.

Интересно, откуда взялись эти цифры? По данным ЦИК на 1 марта 2009 года выдвиженцев «Единой России» среди муниципальных депутатов было только 30%.

Это неплохой результат, это отражает на самом деле реальные в настоящий момент симпатии избирателей, но коммунистов среди депутатов местного самоуправления не более двух процентов, а представителей «Справедливой России» – один процент, либеральных демократов тоже один процент, менее процента даже.

Такая ситуация просто удивительна, она говорит о том, что наши партии, прежде всего оппозиционные партии, очень слабо работают на муниципальном уровне и что реальная политическая конкуренция там практически отсутствует. Давайте вместе подумаем, какие меры нужно принять для стимулирования политической конкуренции в сфере муниципального, местного самоуправления.

А, может быть, на муниципальном уровне (и тем более в сельских поселениях, которых большинство среди муниципальных образований) партийная конкуренция не обязательна?

Г.БООС:

Необходимость обновления политической системы Российской Федерации впервые была обоснована Владимиром Владимировичем Путиным в своём первом Послании Федеральному Собранию Российской Федерации. Практическая работа по её формированию носила системный и последовательный характер.

Не носила она системный и последовательный характер. Но это – тема для отдельного разговора.

Первым шагом стало принятие в 2001 году федерального закона о политических партиях. Логика нового закона предполагала создание предпосылок для усиления объединительных тенденций в партийном строительстве, стимулирование создания таких партийных структур на региональном уровне. Поэтому полноценными участниками политических процессов смогли стать только партии, имеющие широкую социальную базу.

Если в 90-е годы в выборах в Государственную Думу имели право участвовать сотни политических партий и избирательных объединений, и, наверное, все присутствующие помнят бюллетени размером с большую газету, то в настоящее время существует семь федеральных партий, зато это реальные политические партии, пользующиеся поддержкой избирателей.

Реформа 2001–2002 годов не привела к тому, что «полноценными участниками политических процессов смогли стать только партии, имеющие широкую социальную базу». И в плане выборов в Госдуму она мало что изменила. В 1999 году в выборах участвовали 26 списков, в 2003 году – 23. Сокращение числа партий до семи – это результат контрреформы 2004–2007 годов. И то – больше результат административного давления, чем институциональных изменений.

Многопартийная система стала стабильно функционирующим политическим институтом, демонстрирующим свою зрелость.

Интересно, что здесь понимается под стабильностью и зрелостью? Сокращение числа партий вдвое в течение нескольких месяцев – это стабильность?! Или это зрелость?!

Тем не менее это не значит, что нет необходимости совершенствовать как практику применения существующего законодательства, так и отдельных его положений. Ведь, как известно, состояние покоя – это состояние застоя, состояние смерти.

Да уж, какой тут покой! 14 изменений в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав…» за два года работы Думы пятого созыва!

И не случайно Президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев в своих посланиях Федеральному Собранию 2008 и 2009 годов уделил особое внимание проблеме укрепления демократических институтов, в первую очередь на региональном и местном уровнях. Этот процесс начался в 2003 году с принятия законодательных актов об избрании не менее половины депутатов законодательного органа государственной власти субъекта Российской Федерации на пропорциональной избирательной основе. Переход на использование пропорциональной избирательной системы на выборах депутатов региональных законодательных собраний стал началом становления многопартийности на региональном уровне.

Даже тут умудрился спутать даты. Принятие закона – 2002 год. А 2003 – начало его действия.

В современных условиях значительно усилилось взаимодействие политических партий с Правительством Российской Федерации. Связано это прежде всего с тем, что впервые в истории, впервые в нашей современной истории, Председателем Правительства Российской Федерации стал лидер партии, имеющей парламентское большинство. В период глубокого кризиса в мире, затронувшего все страны, в том числе и нашу, эта мера – создание в стране фактически партийного Правительства – доказала свою эффективность. Это тенденция развития исполнительной власти, формирование Правительства на основе партий и парламентского большинства либо партийной коалиции. По мнению рабочей группы, эта тенденция и в будущем должна стать основной формой взаимодействия парламентских партий с органами исполнительной власти Российской Федерации.

От того, что главой Правительства стал беспартийный лидер одной из партий, Правительство партийным не стало. Сколько в нем членов этой самой партии? И в чем выражается усиление взаимодействия других политических партий с Правительством?

Реформ в судебной сфере уже было несколько, но при формировании новой судебной системы были решены только основные проблемы. Дальнейшие шаги по развитию судебной системы свидетельствуют об увеличении со стороны общества к суду доверия, об особом отношении. При этом можно сказать, что уже очевидно повышена независимость суда, укреплён этот институт.

По-моему, комментарии тут излишни!

В предложениях, поступивших в адрес рабочей группы при подготовке данного заседания Государственного совета от политических партий, содержится в целом положительная оценка законодательного регулирования выборов в Российской Федерации. В частности, ЛДПР считает, что Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» подробно регламентирует процедуру проведения выборов и прошёл неоднократную обкатку в процессе проведения многочисленных избирательных кампаний от федерального до муниципального уровней.

Это еще не положительная оценка, а только констатация очевидных фактов.

Партия «Справедливая Россия» также позитивно оценивает имеющуюся нормативно-правовую базу для проведения выборов.

Ой ли?

Всеми политическими партиями были поддержаны и шаги, предпринятые в 2009 году, по дальнейшему совершенствованию избирательного законодательства.

А вот Грызлов дальше скажет, что КПРФ и ЛДПР не голосовали за закон о «приставных стульчиках».

Очень серьёзное значение для обеспечения конкурентной среды, для партийной деятельности имеют изменения, внесённые в избирательное законодательство, о поэтапном снижении количества подписей избирателей в поддержку федеральных списков кандидатов на выборах депутатов Государственной Думы, возможность освобождения от сбора подписей на выборах всех уровней партий, списки кандидатов которых допущены к распределению депутатских мандатов в законодательных, представительных органах власти не менее чем в одной трети субъектов Российской Федерации, новые гарантии представительства малых партий в Государственной Думе.

Никакого серьезного значения это не имеет и иметь не может! Принципиально это все ничего не изменило! Ну какое значение может иметь освобождение от сбора подписей партий, списки кандидатов которых допущены к распределению мандатов в законодательных органах власти не менее чем в одной трети субъектов, если таких партий нет (помимо тех, которые и раньше были освобождены)?!

Были созданы возможности для расширения спектра политических движений путём поэтапного снижения минимальной численности членов политической партии, необходимой для государственной регистрации политической партии. Установлены требования о ротации коллегиальных органов партий, созданы юридические основания освещения работы парламентских партий в государственных средствах массовой информации и ряд других изменений.

Были созданы возможности! Не смешите!

Политическая система и политические институты Российской Федерации находятся в настоящее время в стадии развития. Демократические институты в целом сформированы, но требуют постоянного внимания. Гражданское общество формирует свои институты. И поэтому уровни самоорганизации и самоуправления пока ещё невысоки. Политическая система должна быть адекватна уровню задач, стоящих перед страной в ХХI веке, соответствовать современной структуре общества, обеспечивать интересы каждого гражданина.

Набор абсолютно бессодержательных выражений.

С.МИРОНОВ:

Сегодня мы сталкиваемся в нашем обществе с нарастающими угрозами, и их источником является несовершенство политической системы. Это, во-первых, отсутствие открытой политической конкуренции, которое приводит к социальной апатии и оборачивается масштабной коррупцией. Во-вторых, слабость местного самоуправления, ведущая к отчуждению значительных слоёв общества от власти. И, наконец, в-третьих, – это эгоизм некоторых региональных политических элит, который тормозит развитие страны в целом.

Несовершенство политической системы – это самое мягкое, как можно охарактеризовать то, что сказано «во-первых», «во-вторых» и «в-третьих».

Сегодня уже много сделано для законодательного обеспечения деятельности политических партий, и об этом в своём вступительном слове говорил Президент Дмитрий Анатольевич Медведев. Это позитивный результат совместной работы Президента и всего нашего депутатского корпуса. Эта работа, безусловно, должна быть продолжена, но сейчас важно добиться того, чтобы принятые законы и решения работали, выполнялись. Модернизация состоится тогда, когда произойдёт реальное расширение партийного представительства, заработают социальные «лифты», будут реализованы актуальные общественные инициативы.

В последние годы, к сожалению, о состоятельности того или иного мэра или губернатора всё больше судят по тому, какой процент голосов за партию власти он сумел обеспечить на выборах. От такой политической практики необходимо отходить. Административный ресурс должен быть приведён в рамки конституционной законности и перенацелен с поддержки одной доминирующей партии на поддержку всей политической системы в целом.

Вот подробнее бы объяснил, что такое «административный ресурс в рамках конституционной законности».

Мы видим огромный дефицит доверия в обществе, доверия людей к власти, доверия между различными социальными группами, доверия людей друг другу. И одна из причин всё та же: на нашем политическом поле практически нет реальной конкуренции идеологии партий, а это лишает граждан возможности осознанно делать свой выбор и голосовать, а не молчать, считая, что твой голос всё равно ничего не изменит. Отчуждение людей от власти на всех её уровнях – одна из самых опасных угроз для новой России. Мы должны преодолеть её в кратчайший срок. Активное участие граждан в дискуссии по вопросу модернизации страны, инициированной Президентом, залог того, что мы с этой задачей обязательно справимся. Именно доверие нам представляется ключевым фактором, обеспечивающим эффективную власть и успешное развитие нашей страны.

Если путем таких дискуссий, как на этом Госсовете, то вряд ли справимся.

Г.ЗЮГАНОВ:

Что касается политической системы, Дмитрий Анатольевич, прошедшие выборы в октябре показали, что она неэффективна, 8 из 10 избирателей не пошли на выборы. Когда провели опрос, только три процента граждан страны сказали, что выборы были честными. Поэтому Ваша постановка проблем исключительно актуальна, но требуются решительные меры для того, чтобы всё привести в соответствие. На наш взгляд, главный инструмент – это прежде всего честные выборы и политический диалог.

Ну что ж – главное сказано: политическая система неэффективна.

Я считаю, что наша судебная система, где судьи получают по 200 тысяч, назначаются и ни перед кем толком не отвечают, не способна демократизировать наш политический процесс, а выступает в роли дубинки, которая преследует граждан страны для того, чтобы они не высказывали собственное мнение.

Вот более адекватная, чем у Бооса, оценка судебной системы.

Мы считаем, что без открытого диалога в эфире, без соперничества лидеров партий и программ не может быть нормального политического процесса. И предлагаем всем партиям провести дискуссию по проблемам модернизации, которые поставлены Президентом и нашим Правительством.

И без контроля снизу исполнительная власть не может работать, она разлагается и разрушается. Сегодня нет контроля снизу, мы должны его организовать. Не случайно Вы сказали, что нет депутатов в местных органах. А их там и не будет. Почти всех, кого мы выдвигали, вызвали, допросили и сказали: свет отрежем, газ не проведём, если вы пройдёте туда, ребёнка выгоним. Это преследование идёт практически повсеместно.

Комментария не требуется.

В.ЖИРИНОВСКИЙ:

Вот мы же всё делаем с вами наоборот. Сейчас здесь докладчик делал доклад о политических партиях – во всём мире наоборот: политические партии формируют общественное мнение, они формируют кадровую политику, а у нас чиновники формируют партийные списки, организовывают выборы, оценивают выборы. И такая прозвучала фраза, что всё, что мы говорим, оппозиция, о выборах, на самом деле это, оказывается, политические дрязги, мы, оказывается, просто сплетники. Ну разве так можно?

После выборов 11 октября ведущий, наверное, эксперт «Единой России» Фадеев говорит: оппозиция – все больные люди, пусть уезжают за границу, ворота открыты. Ну что за отношение к оппозиции? Так не должно быть, оппозицию надо любить, беречь. Это всем нужно знать, что обязательно много партий. Никогда никому не поверю, что избиратели России хотят всегда голосовать большинством голосов за одну партию, даже в благоприятной обстановке. Если мы все задачи уже экономические решили, никогда избиратели не будут голосовать, никогда, за одну и ту же партию.

Вот органы самоуправления: мы не можем активно участвовать. Потому что вот здесь порядок. Вот Кремль, вот здесь, в этом зале, порядок, демократия. Давайте 100 метров от этого места – уже хуже, а <st1:metricconverter ProductID="300 километров"

w:st="on"> 300 километров – ещё хуже, а <st1:metricconverter

ProductID="1000 километров" w:st="on"> 1000 километров – вообще произвол и насилие.

В посёлке люди сидят под сапогом у местного главы какой-то управы, и он их запугивает. Они говорят: мы с удовольствием, но нам здесь с ним жить. А он командует, за кого голосовать и кому участвовать. Поэтому с удовольствием мы выставили бы кандидатов всех, заняли бы эти десятки тысяч вакансий. Люди запуганы, потому что на стороне определённых политических сил и милиция, и прокуроры, и суды, и просто физическое насилие совершают над ними.

Практически то же самое, что сказал Зюганов.

У нас в России всё наоборот! Вот когда мы сделаем, развернём немножко нашу модель политическую, пирамиду власти развернём, финансовую пирамиду, кадровую, тогда дела пойдут лучше. Не надо ничего бояться, у нас нормальный народ, у нас прекрасная страна, наши граждане нормально голосуют – не хуже, чем в любой европейской стране. Но почему ни в одной европейской стране ни одна партия не может получить больше 30 процентов? Ну предел – сорок, это «левые» греки, они вечно бунтуют, несчастная Греция. Сорок! Больше ни одной страны нет, где было бы 45, 50, 60, 70. Что мы, в Туркмению превращаемся или в Белоруссию? А уж тем более Северная Корея нам с вами не пример. И с Китаем сравнивать не надо – авторитарный режим, и с Америкой – искусственное государство. Вот здесь – Европа. Давайте с Литвой сравнивать: пять партий, в среднем по 20 процентов. Всё. Ни у кого никаких сомнений, везде коалиция. И поймите: раз есть другие партии, они же должны критиковать. Если есть две братские партии, пускай они пытаются друг друга любить, но партии оппозиционные, если они не будут критиковать, они погибнут. Поэтому, если кто-то себя считает правящей партией, вы должны выслушивать критику. Вы – на Олимпе, у вас – власть, у вас – оркестры, вам – все под козырёк. Но вы должны знать, что вас не любят. Раз и навсегда запомните: власть никогда не любят нигде, особенно в России.

Ещё раз повторяю, в этом Кремле они 20 лет назад сказали: всё, навсегда мы закончили с монополией одной партии. Давайте эту хорошую традицию продолжать и будем считать, что все последующие выборы у нас будут проходить более или менее спокойно, открыто, чисто. И не бойтесь вы проигрывать. Ну проиграете вы, чуть меньше будет, и всё, чуть-чуть меньше, и чуть-чуть больше у оппозиционных партий. Это будет лестно избирателям и вам всем, и журналистам, и политологам, и всё будет спокойно.

Много слов, но по сути напрашивается тот же вывод – политическая система неэффективна.

Б.ГРЫЗЛОВ:

Я думаю, что важным достижением развития нашего государства является то, что политическая система у нас создана, она есть, и эта система далеко не самая худшая среди передовых стран мира. Я бы сказал, что наша система уверенная, стабильная, и это система, которая может показывать пример многим другим странам.

Да, Жириновский упоминал Северную Корею. Пожалуй, мы могли бы показать ей пример. Еще есть Зимбабве.

Наше Правительство опирается на партийное большинство в Государственной Думе, и, считаю, это тоже признак развитой политической системы.

Да уж: в парламенте у партии квалифицированное большинство, а в Правительстве большинство – беспартийные. Такой политической системы мир еще не видел!

И партия «Единая Россия», которая является партией власти, не даст разрушить эту систему.

КПСС тоже клялась, что не даст.

Хотя мы, конечно, прекрасно понимаем, что конкуренция в политике так же необходима, как и конкуренция в экономике. И «Единая Россия» с того момента, когда стала партией парламентского большинства, то есть шесть лет, проводит серьёзную работу по совершенствованию политической системы. Много уже об этом говорилось сегодня в выступлении Дмитрия Анатольевича, в выступлении докладчика Бооса Георгия Валентиновича.

Ну, все ведь видели и видят, как «Единая Россия» уничтожала и уничтожает политическую конкуренцию!

Я хотел бы сказать о тех результатах, которых мы достигли, по совершенствованию политической системы. Мы сумели через принятие законов создать реальные партии, которые сегодня представляют избирателей в Государственной Думе. Если в 1995 году на выборы шли 43 партии, многие из них были непонятны, неузнаваемы, то в 2007 году было 11 партий, которые имели свои программы, свои уставы, они были более или менее известны нашим избирателям.

Вот очень характерные цифры. В 1995 году партия, занявшая 10-е место, получила 3,8%. В 2007 году партия, занявшее 5-е место, получила 2,3%. То есть в 1995 году было как минимум 10 партий вполне понятных и узнаваемых. А в 2007 году таких оказалось только 4.

И результат: в 2007 году в парламент прошли партии, которые поддержали 92 процента наших избирателей. То есть только восемь процентов избирателей не увидят сегодня в парламенте, Государственной Думе, своих представителей, а в 95-м году более половины, подчёркиваю, более половины избирателей не видели тех, за кого они голосовали. То есть прошли партии, которые представляли только около 50 процентов отданных голосов за каких-либо депутатов.

Насчет «более половины» – мелкая ложь. В 1995 году партии, допущенные к распределению мандатов по партспискам, получили все же больше половины – 50,5%. Но вот утверждение, что депутаты Госдумы в 1995 году представляли только 50,5% избирателей, было бы полуправдой. На самом деле за счет того, что по одномандатным избирательным округам тогда были избраны представители 23 избирательных объединений и избирательных блоков, общая партийная представительность Думы составила 87%.

Эта работа, которую «Единая Россия» планомерно проводит, продолжается и сейчас, продолжается в Думе пятого созыва. И вообще эта работа идёт в течение 10 лет.

То есть до того, как Грызлов появился в Думе, работа не проводилась, или она была не планомерной. А теперь планомерная. Только он еще не сказал, что она – ударная. И с перевыполнением плана. Третья Дума меняла Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав…» только 6 раз, Четвертая – 17 раз, Пятая всего за два года – 14 раз.

И сейчас Дмитрий Анатольевич Медведев дал новый импульс развитию политической системы. Мы рассматриваем законопроект в Государственной Думе, который касается изменения подходов к формированию законодательных собраний субъектов Федерации. Введены рамки численности. Да, сегодня мы видим, что среди законодательных собраний субъектов нет какой-либо приемлемой унификации. Мы видим двухпалатные парламенты (это Свердловская область, это Республика Тыва), мы видим парламенты малых субъектов, где малая численность граждан и парламенты по численности в разы превышают парламенты крупных субъектов, например, городской Думы Москвы. Считаю, что эти рамки, которые предлагаются законопроектом, необходимо принимать, а по партийной линии мы будем рекомендовать фракциям «Единой России» в законодательных собраниях субъектов Федерации уменьшить количество депутатов примерно на 20 процентов, при этом голосовать за то, чтобы все депутаты работали на профессиональной основе. Это существенно повысит эффективность работы законодательных собраний субъектов.

То есть, чем меньше, тем эффективнее? А вот чтобы все депутаты работали на профессиональной основе – это как раз революция, во всяком случае, более радикальное изменение, что все остальное. Но об этом почему-то вскользь.

В то же время хотел бы обратить внимание на то, что для развития политической системы партия «Единая Россия» принимала закон о выделении одного–двух мандатов тем партиям, которые получили пять-шесть процентов на выборах. И хочу обратить внимание на то, что меня насторожило: ни КПРФ, ни ЛДПР за этот закон не голосовали. Это значит, они боятся тех, которые уже сегодня стучатся в двери Государственной Думы, а это претит развитию нашей политической системы.

Ну, для начала надо отметить, что это была инициатива Медведева, а не «Единой России». Как раз «Единая Россия» всегда и везде добивалась повышения барьера. А то, что КПРФ и ЛДПР не голосовали за этот уродский закон (если действительно не голосовали, я не проверял), то это им только в плюс.

В завершение хотел бы сказать о том, что политическая система нашей страны, которая обсуждается сегодня, – это политическая система суверенного государства, государства с суверенной демократией, политическая система, с которой могут брать пример другие страны. Мы сегодня её не меняем, мы её сегодня модернизируем.

Еще один пример словоблудия. Суверенное государство = государство с суверенной демократией. Здорово! Не меняем, а модернизируем. Еще лучше!

С.МИТРОХИН:

Времени мало, поэтому я начну сразу с главной, ключевой проблемы нашей политической системы. Мы считаем, что этой проблемой является монополизм, который проявляется в трёх основных направлениях. Первое – это монополия в органах власти и в парламентах всех уровней одной политической партии, представляющей в основном интересы чиновников и связанного с ними крупного бизнеса. Второе проявление монополизма – это полное доминирование исполнительной власти в системе разделения властей, подавление ею судебной и законодательной ветвей власти. И третье проявление общественное – это диктат одного общественного класса, диктат чиновников над всеми остальными группами и слоями нашего общества. Таким образом, мы делаем неутешительный вывод о том, что данная система в общих чертах воспроизводит советскую систему, главным пороком которой был как раз монополизм одной политической партии со всеми аналогичными, вытекающими из этого последствиями.

Ну что ж. Приговор системе прозвучал.

Назову только самые основные. В государстве – отсутствие реального разделения властей. Но именно отсюда вытекает коррупция, это основная причина коррупции. Чиновник абсолютно бесконтролен, и при этом он распоряжается огромными ресурсами, как финансовыми, так и материальными ресурсами, в том числе и землёй, без всякого контроля со стороны парламента, потому что парламенты на всех уровнях не просто несамостоятельны, они напрямую подчинены чиновнику и реализуют исключительно его интересы. Отсюда же и деградация системы правоохранительных органов, потому что тоже полная бесконтрольность. Отсюда и упомянутая прежде выступавшими фальсификация выборов как следствие стремления сохранить монополию одной партии.

Комментария не требуется.

В политической сфере, в публичной политике отсутствует реальная полноценная политическая дискуссия. Политические партии лишены возможности работать в таких условиях – в условиях неравного доступа к средствам массовой информации. Непарламентские партии вообще сегодня практически лишены такого доступа. Я это говорю в первую очередь от имени своей партии – партии «Яблоко». Постоянное давление на некоммерческие объединения, всевозможные запреты, часто бессмысленные, продиктованные совершенно необоснованными страхами какого-то зарубежного влияния, – это тоже угнетающее направление в нашей публичной политике.

В обществе это уже упомянутый дефицит доверия к органам власти. Доверие только к первым лицам государства. К институтам власти доверия практически нет. И это ситуация, в условиях которой, конечно же, никакую реальную модернизацию проводить невозможно.

Мы, безусловно, поддерживаем требование, выдвинутое Президентом России, о необходимости модернизации нашей страны. Но мы считаем при этом, что нынешняя политическая система несовместима с модернизацией.

Можно только повторить: нынешняя политическая система несовместима с модернизацией.

Н.КОРНЕЕВА:

На наш взгляд, укрепление нашей политической системы может способствовать устранению ряда её недостатков. Мы всегда выступали за единый базовый принцип функционирования политической системы – это равенство всех семи зарегистрированных партий.

А что, всегда было семь зарегистрированных партий?

И нас, и всё российское общество крайне беспокоит ситуация, сложившаяся в судебной системе страны. Мы разработали ряд предложений по развитию судебной системы и готовы внести их на рассмотрение руководства страны.

Но если говорить о серьёзной модернизации России, то нужно уже сейчас ставить вопросы по созданию новой модели политической системы в нашей стране.

То есть нынешняя не годится?

Г.БОВТ:

Мы поддерживаем меры, намеченные Президентом, по совершенствованию политической системы, повышению её открытости, состязательности и эффективности.

Но часто не нужно придумывать новые правила, нужно лишь добиться соблюдения имеющихся. Небрежение законами, словно ржа, разъедает политическую культуру, сеет цинизм среди тех, кто принимает решения, и апатию среди избирателей. Они перестают верить в то, что их голос что-либо решает, и начинаются рассуждения: у нас, мол, нет запроса на демократию. Есть такой запрос, в том числе на модернизацию политической культуры.

В регионах порой наблюдается тенденция к монополизации власти. Это лишь одна из настораживающих черт политической культуры, политической моды. В рамках такой моды считается нормальным давать разнарядки относительно результатов выборов, давить на СМИ, не отвечать на запросы СМИ, общественных организаций, пренебрегать общественным мнением и законами, жить по принципу «нам всё можно» даже в таких мелочах, как езда по особым правилам дорожного движения. Стало модно выступать с пренебрежительной критикой демократии: мол, мы не доросли, высказываться за сворачивание демократических норм, касаются ли они свободы слова, где гораздо чаще звучат предложения что-то запретить и ограничить, нежели призыва к открытости или праву на свободу демонстраций. Некоторые уже допредлагались до того, чтобы запретить и одиночные пикеты.

Наша страна уже давно далеко продвинулась по пути построения современного демократического общества, и отдельные ошибки и неудачи на этом пути не должны стать поводом к откату назад, в патерналистский тоталитаризм или к сомнениям в том, туда ли мы идём, Мы идём в правильном направлении, идём вперёд, и эту дорогу мы в состоянии осилить.

И это все, что «Правое дело» может сказать о политической системе?

Н.ВИНОГРАДОВ:

Серьёзный резерв роста авторитета органов государственной власти заключается в стабилизации законодательства. Социологические исследования свидетельствуют об усталости от частых изменений, вносимых в законы, слабом понимании нововведений, росте потенциала недоверия к новациям и политическим институтам. А частая смена правил создаёт преимущества принципу тактической целесообразности. Так, в принятые в 2002–2003 годах федеральные законы об основных гарантиях избирательных прав, об организации местного самоуправления, об общих принципах организации законодательных и исполнительных органов власти субъектов было внесено около 130 изменений.

Внешне все необходимые механизмы демократических процедур вроде бы есть. Однако проблемы внутренней организации партий, их финансирование, формы и методы работы создают серьёзные противоречия в соблюдении равных прав и ответственности, что вызывает необходимость выработки и законодательного закрепления дополнительных гарантий отсутствия идеологической монополизации.

Вот оказывается, в чем вся беда! У нас партии – главные нарушители прав граждан, главные враги демократии. И губернаторы в меру сил защищают граждан от этих ужасных партий!

Проблема большей прозрачности партийной жизни далеко не нова. Она поднималась в президентском Послании, где говорилось о том, что механизмы финансирования политических партий остаются для избирателей тайной за семью печатями, рынок предвыборных технологий в значительной степени является одним из секторов теневой экономики. Развитие политической системы в условиях существенного повышения роли партий в формировании всех органов власти ставит на одно из первых мест уменьшение финансовой зависимости партий от коммерческих структур. По мнению ряда политологов, объём нарушений и уровень коррупционных проявлений пропорциональны сумме средств, привлечённых в избирательную кампанию.

Вот, сколько лет уже боремся с финансовыми злоупотреблениями, а все никак. Зато с административным ресурсом не боремся, поэтому его и нет!

Реальную опасность представляют и попытки реанимировать руководящие и направляющие партии. При этом делается упор на тиражирование далеко не лучших, отвергнутых самой жизнью форм и методов работы. На места, особенно в предвыборные периоды, выезжают, как правило, ни за что не отвечающие партийные функционеры, основными средствами работы которых становятся интрига, обещание кадровых перемещений и запугивание. И вот что удивительно: срабатывает. Видимо, дискредитировавшие себя традиции живы и возможна их реставрация.

Великолепно: методы, отвергнутые самой жизнью, срабатывают!

Т.МАМСУРОВ:

Хочу прежде всего поддержать основную идею доклада о том, что политическая система России находится в живом, динамичном развитии.

Хорошо сформулирована основная идея. И ради этой старой хохмы стоило собирать Госсовет?!

Вместе с тем пока у нас на местах многое ещё несовершенно. Не все политические силы готовы на местном уровне решать повседневные проблемы граждан практически. Мы, члены «Единой России», прямо и непосредственно заняты ими в республике, и поэтому мы боремся и побеждаем в предвыборной борьбе.

Интересно, как они могут решать проблемы граждан, если их не допускают к власти?

Все мы видим, что за последние годы для совершенствования судебной системы, как, впрочем, и правоохранительной системы, сделано немало. По крайней мере, главные, фундаментальные проблемы судебной системы в основном решены. Как видно из Послания Президента России, действительно настало время обратить внимание на качество работы суда, вопросы внутренних процедур и статуса судей.

Значит, качество работы – не главная проблема?

На мой взгляд, предложенные Президентом страны меры по финансовому и материально-техническому обеспечению судов, наведению порядка в подготовке юридических кадров, включая процессы отбора кандидатов в судьи, впервые обозначенные меры по обнародованию информации о работе судов, в том числе и через электронные средства, через интернет, прямо ведут к основной цели – всё-таки добиться независимости судов. А это значит, что эти меры должны быть всячески поддержаны и реализованы. Это прямой путь к тому, чтобы наши суды не были, как это иногда ещё бывает, продолжением правоохранительной системы, а стали по-настоящему независимыми, чтобы суд стал поистине определяющим фактором демократического развития нашего государства, освобождения его от многих пороков, особенно от нетерпимой дальше по масштабу и уровню коррупции.

Иными словами, наши суды еще не стали по-настоящему независимыми. И масштаб коррупции стал нетерпимым. Не страшно – главное, что политическая система находится в живом развитии!

В соответствии с идеями и содержанием Послания мы готовимся внести изменения в конституцию республики. Это не пресловутое «одобряем и поддерживаем».

А что вам мешало это сделать без Послания?

Разве не ясно, что в стране, где действует и верховенствует конституция, определяющая основы конституционного строя, должны быть определены единые подходы, какая-то логика? Нам предлагается исходить из числа избирателей. Всё просто, а потому и понятно. Люфты и вилки, которые предлагаются, в нашем случае – это от 15 до 50 депутатов парламента, сегодня их 70, дают все возможности учесть и специфику, и особенности региона. Поэтому мы намерены идти этим путём, когда будут приняты федеральные законы в развитие этих положений Послания.

Еще три месяца назад вы считали, что вам нужно 70 депутатов. А теперь вам сказали, что больше 50 нельзя. Ну и где тут логика? Почему именно от 15 до 50, а не, скажем, от 25 до 70? И почему вы не спорите, когда ущемляют ваши права? Как же не считать это «одобрямсом»?!

Ну а тех, кто, рассчитывая на наше беспамятство, приводит нам в пример 90-е годы как время мифического расцвета демократии, приглашаю вновь вернуться к событиям в Южной Осетии августа позапрошлого года. Смею утверждать, что это было действительно серьёзнейшее испытание на прочность и зрелость и политических институтов нашей страны, и всей нашей политической системы. Нетрудно представить, что бы происходило, если бы атака Грузии на Южную Осетию и российских миротворцев случилась во времена пресловутой демократии образца 90-х.

Да, в 90-е годы как-то удавалось мирно договариваться с соседями.

Наш дух может подтвердить, что мы на правильном пути. Но только, ради бога, без реформ, рывков и скачков, к которым нас здесь пытались призвать.

Был у героя одной из пьес Островского трактат «О вреде реформ вообще».

В.ПУТИН:

Что касается преследований различных функционеров, политических деятелей. Конечно, если что-то происходит необоснованно – это абсолютно недопустимо. И Дмитрий Анатольевич ставит перед правоохранительными органами соответствующие задачи, и на уровне Правительства мы будем всё делать, чтобы исключить подобные вещи.

Какое глубокомыслие: необоснованное преследование абсолютно недопустимо! Это, кажется, даже попало в заголовки новостей. Вот только с обоснованием проблем никогда не бывает. Герой одной басни Крылова в конце концов тоже смог придумать обоснование!

Вместе с тем было сказано, что никогда не было практики преследования за идеи, за дела. Вспомним пресловутую статью за антисоветскую деятельность. Она была и активно применялась. А если мы вспомним Зощенко, который как-то сказал – помните, была у него такая фраза: «Говорят, слово не воробей, вылетит – не поймаешь. А у нас догонят, поймают и посадят». И всё это в нашей жизни, к сожалению, было.

А сейчас, значит, этого нет? Видимо, глава Правительства не знаком с делом Ирека Муртазина? Или он считает, что Муртазина посадили не за слово?

Что касается привлечения к ответственности чиновников и представителей каких бы то ни было организаций, если они нарушили закон. Обращаю ваше внимание на то, что и так называемые представители власти – это не каста неприкасаемых. И у нас есть примеры уголовного преследования, доведённого до суда с обвинительным заключением и с отбыванием в местах лишения свободы. В том числе и руководителей регионов, которые принадлежали к этой самой партии власти. Здесь не должно быть никаких исключений. Никаких исключений мы допускать не будем.

Что-то я не помню в последние годы уголовного преследования руководителей регионов, доведённого до суда с обвинительным заключением и с отбыванием в местах лишения свободы.

Что же касается народности той или иной партии. Народность партии определяется на выборах. Голосует народ за партию – значит, она народная. Не голосует – значит, это группа лиц, объединённых определённой идеей, но пока эти идеи не приобрели устойчивой поддержки со стороны избирателей.

КПСС, значит, была самой народной: за нее 99,9% голосовало!

Ну и, наконец, позвольте несколько слов по существу сегодняшней повестки дня. Ни одна из известных в мировой практике и в мировой истории политических систем, да и функционирующих сегодня в мире, ни одна не лишена системных проблем и серьёзных недостатков. Нет такой политической системы в мире и не было никогда!

Ну и что из этого следует?

Мы всегда в России исходили из того, что нам нужна устойчивая политическая система, чувствительная к изменениям, происходящим в мире и в нашей собственной стране. Но такая политическая система, которая, безусловно, гарантировала бы нам суверенитет.

Опять одни слова. Что значит устойчивая? Что значит чувствительная к изменениям? Что значит система, гарантирующая суверенитет?

Проведена реформа формирования Совета Федерации – тоже немаловажная вещь, в том числе и для обеспечения борьбы с коррупцией. Об этом сегодня справедливо говорили представители оппозиционных партий. Но именно в том числе для этого была проведена реформа формирования Совета Федерации, кстати говоря, в полном соответствии с демократическими принципами.

О какой реформе речь? Сколько раз порядок формирования Совета Федерации уже реформировали! Вы провели реформу в 2000 году. Но Медведев год назад предложил снова реформировать. И эта, медведевская, реформа, еще не проведена: закон вступает в силу с 1 января 2011 года.

С политической сцены страны устранены различные «политические дельцы» и олигархические группы. Укреплена многопартийная система. Уже говорилось о том, как расширили своё представительство в регионах оппозиционные партии. Серьёзным, самым серьёзным образом это произошло.

Смотрите мой комментарий выше.

Мы постоянно должны думать над совершенствованием политической системы России, своевременно вносить необходимые коррективы. Но действовать, конечно, – я поддерживаю последнего выступавшего – в этой сфере надо крайне аккуратно. Ни в коем случае не допустить «украинизации» политической жизни России, но и не скатываться в другую сторону – в сторону тоталитаризма и деспотизма. А такое на постсоветском пространстве тоже, к сожалению, есть.

Вот придумали пугало: «украинизация». Если другая сторона, это деспотизм, то «украинизация», видимо, синоним анархии? Да непохоже там на анархию.

Думая о совершенствовании и действуя в этом направлении своевременно, мы должны исходить ещё из одного принципа, который всегда присущ любой эффективной политической системе. А любой эффективной политической системе должна быть присуща здоровая степень консерватизма.

Но не любая система, которой присуща здоровая степень консерватизма, эффективна.

Политическая система не должна дрожать, как жидкий студень, при каждом к ней прикосновении.

А ведь дрожит! Еще бы не дрожать от таких «прикосновений»!

Д.МЕДВЕДЕВ:

Не могу не согласиться с тем, что не существует абсолютно стерильных, принципиально готовых к любому раскладу политических систем. Любая политическая система действительно развивается, и я уверен, что мы находимся на правильном пути.

Ох, что-то слышится родное… Брежнев тоже говорил, что мы идем верным путем.

Здесь говорили об опасности возврата в советский период, об опасности скатиться к авторитаризму, скопировать опыт тех или иных политических режимов, которые находятся по соседству с нашей страной.

Вы знаете, я абсолютно уверен – и сегодняшняя дискуссия это в полной мере демонстрирует, – что возврат к политической системе периода Советского Союза невозможен. И не только по каким-то экономическим соображениям, и не только из-за того, что мы с вами делали особенно активно в течение последних десяти лет, а по совершенно простой причине: этого никто не хочет и никто не примет – ни граждане России, ни сидящие здесь начальники. Нам это не нужно. Мы свою дорогу выбрали, и мы по ней пойдём.

Да, правильный вывод: граждане этого не хотят. А вот в том, что вам это не нужно, Вы нас не убедили.

Уверен также и в том, что в обозримой политической перспективе, в достаточно короткой перспективе, мы будем иметь современную политическую систему, за которую никому из нас стыдно не будет, но которую мы всё равно будет критиковать именно потому, что не бывает абсолютно раз и навсегда установленных схем.

Значит, сейчас все-таки немножко стыдно?

Всякая политическая система должна развиваться, наше общество – модернизироваться вместе с экономикой. Этим мы будем заниматься в ближайшее время.

В общем, оценки, которые дали политической системе представители четырех оппозиционных партий, Президент не воспринял. Вот главный итог дискуссии.

Оценка выборов 11 октября 2009 года

Д.МЕДВЕДЕВ:

В последнее время мы много говорили об итогах прошедших выборов. Позволю себе тоже поразмышлять вслух. Отражают ли, скажем, две фракции, которые действуют, например (подчёркиваю: это только пример), в Московской городской думе, всё многообразие политических пристрастий москвичей? Я, честно говоря, сомневаюсь, потому что и город огромный, сложный, с очень пёстрым и активным населением, а фракций всего две. Конечно, можно сказать, что это следствие того, что москвичи на местные выборы ходят не очень охотно, но ведь и явка избирателей, низкая явка избирателей, – это сама по себе проблема политическая. Хотел бы подчеркнуть, что я не выписываю здесь каких-то рецептов – избиратели сами определяют, сколько партий будет работать на них. Но нужно понять, всё ли мы с вами сделали для того, чтобы мнение избирателей было на самом деле услышано, не искажено и учтено в полном объёме, как того требуют принципы демократии.

Какая-то невнятная каша. Результаты выборов зависят не только от позиции избирателей, но и от положений закона. Две фракции в Мосгордуме – это результат, как минимум, 7%-ного барьера. Об административном ресурсе и фальсификациях – отдельный разговор.

В целом итоги региональных выборов отражают реальное соотношение политических сил в стране и общественных настроений – это непреложный факт.

Назвать непреложным фактом свое пристрастное мнение – это мудро! Но как-то плохо вяжется с тем, что было только что сказано.

Несмотря на то что было много различных выступлений, но в судах оспорены итоги выборов на участках, совокупный вес которых измеряется долями процентов голосов избирателей.

В целом можно сказать, что заявления о массовых злоупотреблениях оказались, таким образом, всё-таки неподтверждёнными. И в будущем я бы предложил воздержаться от огульных обвинений в адрес избирательной системы. Не в адрес нарушений, естественно, – они должны пресекаться и наказываться, а в адрес самой избирательной системы, потому что это тоже разновидность правового нигилизма: если есть факты, надо обращаться в суды; нет фактов – обвинения ни на чём не основаны.

А обвинения-то не огульные. Здесь все перепутано. Обвинения в фальсификации – это одно. Об этом скажу дальше. А обвинения в адрес избирательной системы заключаются, между прочим, и в том, что она позволяет получать такие результаты, как на выборах в Мосгордуму. В отношении которых Вы только что усомнились, что они отражают всё многообразие политических пристрастий москвичей. Были фальсификации или нет, но результат явно говорит, что система неэффективна.

Но суд является единственной инстанцией, которая ставит точку по этим вопросам.

Пора поставить точку в этом вопросе и прекратить демагогию. Президент-юрист как-то забыл, что фальсификация – уголовное преступление. Представьте себе, вас ограбили, вы заявляете об этом в милицию, а вам там говорят: подавайте на грабителя в суд, докажите в гражданском процессе, что Вас ограбили, и тогда мы признаем, что было совершено преступление. Но ведь в отношении фальсификаций происходит именно это. Я компетентно утверждаю: в большинстве случаев доказать факт фальсификации без помощи правоохранительных органов невозможно!

Значит ли это, что выборы проходят стерильно, в том числе и последние выборы в региональные органы власти и органы местного самоуправления? Нет, конечно, нет. Например, итоги выборов в Дербенте в настоящий момент судом отменены.

А где выводы? Что надо делать, чтобы дербентская, воскресенская и прочие истории не повторялись?

Г.БООС:

Вызывают недоумение попытки представить любые выборы как прошедшие с массовыми и безнаказанными нарушениями установленных норм и правил избирательного законодательства.

Да, понимаете, не любые выборы так «представляют», а только те, где были нарушения.

В стране существует созданная и достаточно эффективно функционирующая судебная система, куда должны представляться доказательства о нарушениях для отмены результатов выборов.

Не знаю, нужны ли тут комментарии?

Всё остальное – безосновательное, недоказанное, а проще говоря, политические дрязги, позволяющие уходить от ответственности за неудачи и провалы на выборах.

Все остальное – то есть даже обращения в прокуратуру – это дрязги!

Постоянные обвинения в фальсификациях не должны стать системным явлением, это крайне опасно. В общественное мнение таким образом может быть иначе внедрена мысль о нелегитимности власти.

Не спорю, это опасно. Но есть рецепт, кажется, от Потемкина: перестаньте брать взятки, и о Вас не будут говорить, что Вы берете!

Рабочей группой был проведён тщательный анализ всех поступивших в ЦИК Российской Федерации, региональные и территориальные избиркомы, суды, правоохранительные органы заявлений о нарушениях избирательного законодательства.

А вот я позволю себе не поверить, что «произведен тщательный анализ все поступивших заявлений».

Выяснилось, что при подсчёте голосов имеющимися в распоряжении избирательной комиссии техническими средствами возможны ошибки.

Значит, и у технических средств возможны ошибки! Особенно когда они дают «Единой России» меньший результат, чем ручной подсчет! А Президент-то предлагает оснащать все больше участков техническими средствами!

Нельзя полностью исключить и человеческий фактор, но делать из этих фактов вывод о систематических нарушениях избирательного законодательства будет ошибкой, если не сказать больше – сознательной провокацией. Судами по результатам выборов в законодательные собрания и административные центры было принято к рассмотрению всего 48 заявлений по всей стране. Относительно общего количества избирательных участков, в которых проходило голосование, это составляет сотые доли процента.

Ну, по поводу судебных дел я уже написал выше. А представители партий ответят дальше.

С.МИРОНОВ:

Это как же надо было укатать всю политическую жизнь, поставить под козырёк всех чиновников, чтобы после двух десятков лет с начала рыночных реформ, замечу, очень противоречивых, отрапортовать о полном единогласии? И это в многомиллионном городе Москве с огромным социальным расслоением! Опять «полное единство партии и народа».

Слишком эмоционально, но по существу верно.

По итогам выборов 11 сентября нашей партией в суд подано несколько десятков исков. К сожалению, у нас нет уверенности, что дела будут рассмотрены по существу. Пока ещё окончательное решение не принято, и там, где уже есть решения, не устраивающие нас, конечно, мы будем подавать апелляции.

21 января Кировский суд города Астрахани на втором же заседании отклонил иск о признании незаконными выборов мэра города 11 октября. При этом суд отклонил ходатайство о вызове свидетелей, отказал в ходатайстве о приобщении аудио- и видеоматериалов и не стал исследовать вопрос о том, почему частные охранные предприятия не пропустили в здание избирательной комиссии представителей партии «Справедливая Россия». Но мы будем продолжать бороться в правовом поле и добиваться справедливости.

Возбуждённое по нашему иску уголовное дело по факту фальсификации итогов выборов мэра Воскресенска должно быть доведено до конца, тем более что все члены теризбиркома, которые вдруг внезапно дружно заболели, когда их вызвали на допрос в Следственный комитет прокуратуры, сегодня уже здоровы. Хочется надеяться, что на выборах 14 марта мы не увидим тех «прелестей», в кавычках, административного ресурса, что мы видели в октябре прошлого года. Хочется спросить руководителей тех регионов, которые выводят близкие к 100 процентам партии власти: какова ваша цель? Люди уже сейчас перестают доверять таким результатам. Так ведь, может, и на главных выборах страны – выборах Президента, избиратели могут сказать: не верим. Ведь, если ничего не менять, к этому, к сожалению, можно прийти.

Комментария не требуется.

В.ЖИРИНОВСКИЙ:

Скупили открепительные талоны в Тульской области. Я представил протоколы, когда одна партия получает везде 3–4 процента, вдруг на четырёх участках – 30–40 процентов. Вот туда они вбросили открепительные талоны. Мы готовы идти в суды, нам не дают документы, а если дают документы, избиркомы приносят другие документы, например, протоколы подсчёта голосов. И что мы остаёмся? В дураках остаёмся. Суд говорит: а вот другой протокол – кому я должна верить? Тот протокол с синей печатью, со всеми подписями. Мешают, издеваются, избивают людей, выкручивают руки. Поэтому есть вещи, с которыми в суд не пойдёшь.

Поэтому мы не можем с этим идти в суд. Мы в суд идём только с протоколами, которые вырывают наши наблюдатели, члены избиркомов. Одна девушка в бюстгальтере вынесла копию протокола. Не выпускают: не выноси ничего. Милиция стоит и не пускает никого.

Я знаю, что копии протокола очень часто не дают. Но чтобы милиция не давала вынести копию протокола, такое слышу впервые. Впрочем, теперь уже, видимо, возможно все.

Поэтому мы всё это знаем, как проходят выборы. Давайте всё это делать более открыто, более честно.

Для того чтобы убедиться, какие результаты выборов, проверьте выборы, возьмите и пересчитайте. Пересчитали же в Москве на одном из участков: был ноль, стало 16 голосов в пользу одной партии. Вы представляете, какое искажение, – в 16 раз!

Ну, юристу и сыну юриста простительно не знать математику. 16 больше чем ноль не в 16, а в бесконечное число раз. Но если по честному, то тот пересчет был фикцией. Не хотел бы я, чтобы везде так «пересчитали».

А у нас 100 тысяч таких участков по всей стране. Умножьте 100 тысяч на 16. 16 миллионов искажений.

Да, с математикой у Жириновского сложности. Ошибся в 10 раз. Но логика, тем не менее, есть. Проверили-то только один участок. И вот – обобщение.

Не надо говорить здесь про выборы. Если вы уверены, что они абсолютно честные, пересчитайте. У нас огромное количество участков. Если не хотите пересчитывать, тогда обеспечьте, чтобы они действительно были нормальными.

И во всех странах мира оппозиция определяет честность выборов. Если оппозиционные партии говорят: да, согласны, выборы прошли хорошо, – вот тогда они прошли хорошо. Не надо партии большинства брать на себя право оценивать выборы.

Великолепно сказано!

Это мы будем вас оценивать и народ, а вы получили власть, на Олимпе сидите, и слушайте, что мы о вас говорим. А если будут говорить нам: вы молчите, оппозиция, у вас дрязги, – а вы считаете, что вот так, вот так и так, успеха не будет.

Б.ГРЫЗЛОВ:

Конечно, не могли сегодня мои оппоненты не коснуться выборов октября прошлого года, 11 октября. Но моё мнение такое, что та кампания партиями-оппонентами была продумана как кампания, которая должна пройти через скандалы. Заведомо вносились в списки кандидатов лица, документы которых были подготовлены с ошибками. Затем, после того, когда избиркомы их не регистрировали, подавались заявления в суды, оспаривались решения.

Опять эта старая сказка про унтер-офицерскую вдову!

Потом суды принимали такое решение, что восстанавливали этих кандидатов в списках. В результате мы получили раскрученные фамилии за счёт вот этих скандалов.

Ага, суды восстанавливали. Значит, все-таки незаконными были отказы в регистрации?!

С.МИТРОХИН:

У нас есть доказательства фальсификации выборов и в Москве, и в других регионах страны. Есть судебные иски в достаточно большом количестве. Есть, например, у нас 225 участков, по которым мы обратились с жалобами в Московскую городскую избирательную комиссию. Никакого хода этим жалобам не дано. И когда говорят, что мало исков в судах, извините, возникает вопрос: огромное количество свидетельств о фальсификации в интернете, в СМИ. Почему на это никто не обращает внимание? Если кто-то в интернете признаётся в убийстве, этим же моментально займётся прокуратура, следственный комитет. А если кто-то признаётся в фальсификации – а массовое количество таких признаний было, – никто на это почему-то не обращает внимание.

Комментария не требуется.

Т.МАМСУРОВ:

А крики оппонентов об украденной победе, происках избиркомов, административном ресурсе на поверку оказываются голословными и бездоказательными. Они уже в принципе не раздражают, но и привыкать к ним не хотелось бы. Пора, мне кажется, приучить себя и других: не согласен – обращайся в суд. Только в суд, другого выхода нет, как бы мы ни говорили о судебной системе и какие бы частные случаи ни пытались приводить, чтобы говорить о чём угодно, кроме как о суде. Тем самым мы на деле признаем, что судебная система – это важнейший институт нашей политической системы.

Вот что сказано, если вдуматься: обращайся в суд, и там тебе откажут. Потому что судебная система несовершенна. Но другого выхода у тебя все равно нет. Точнее, есть: вообще никуда не обращаться и молчать в тряпочку.

В.ПУТИН:

Теперь по поводу фальсификаций и ссылок на интернет. Да в интернете 50 процентов порноматериалов! Что мы будем ссылаться на интернет?! В суд надо идти с доказательствами.

Насчет суда – смотри выше. А насчет Интернета: это такая сфера, где каждый видит именно то, что его интересует.

Предложения по «развитию политической системы»

Д.МЕДВЕДЕВ:

Ещё многое нужно сделать, чтобы доверие к избирательной системе, этому важнейшему институту демократии, стало прочным.

Я бы сказал: очень многое.

Именно поэтому в своем Послании Федеральному Собранию я уделил особое внимание укреплению демократических институтов на региональном уровне. Мы с вами многое сделали для того, чтобы изменить ситуацию на федеральном уровне.

Так уж и многое? Пара «приставных стульчиков» для партий, получивших 3–4 миллиона голосов – это много?

Решения приняты, теперь нужно заняться региональным уровнем. Важнейшим делом я считаю оснащение избирательных участков современными электронными средствами для голосования и подсчёта голосов.

До конца текущего месяца Правительство совместно с Центральной избирательной комиссией должно представить предложения на этот счёт. Напомню, что в настоящий момент такими устройствами оборудовано чуть более одного процента избирательных участков.

Да уж, если важнейшее дело по реформе политической системы – это оснащение еще нескольких процентов избирательных участков (а больше все равно не потянуть) электронными средствами, то что тут говорить?!

Кроме того, мною уже внесён в Государственную Думу законопроект, устанавливающий порядок определения численности органов законодательной власти субъектов Федерации. Сегодня я внесу законопроект, гарантирующий представительство во всех региональных парламентах для партий, за которые проголосовало более пяти процентов избирателей, – так, как мы это сделали на федеральном уровне.

И зачем тогда вообще собирать Госсовет, если, не дожидаясь обсуждения, поспешили внести законопроекты?!

Работа, направленная на повышение качества народного представительства, будет продолжена. И я хотел бы поблагодарить «Единую Россию» за неизменную поддержку всех моих инициатив и другие партии за поддержку по отдельным вопросам, которая тоже оказывается.

Значит, закон о запрете общественным объединениям выдвигать списки кандидатов на муниципальных выборах – это тоже поддержка Вашей инициативы? А мы-то, наивные, думали, что это идет вразрез с Вашим Посланием 2008 года!

Г.БООС:

В связи с этим одним из наиболее дискутируемых сегодня вопросов становится обозначенный Президентом в порядке обсуждения вопрос о возможности перехода к выборам в представительные органы всех уровней исключительно по партийным спискам. Высказываются мнения «за» и «против». Переход к полностью пропорциональной выборной системе на региональном уровне, с одной стороны, позволит усилить позиции партий в субъектах Российской Федерации, с другой – может привести к отрыву представительных органов от своих избирателей, незнанию того, чем живёт человек. Поэтому наиболее оптимально с учётом федерального характера Российского государства, по мнению членов рабочей группы, определяться в данных вопросах на региональных уровнях самостоятельно.

Ну что ж, хоть тут не стали «расшибать лоб». Главное только, чтобы регионы действительно определялись самостоятельно, а не на основании негласных указаний из Москвы.

Искусственная «партизация» в данном случае, по мнению членов рабочей группы, может принести вред. Можно посмотреть опыт отдельных регионов, которые пошли на смешанный либо пропорциональный порядок формирования на местном уровне или пропорциональный порядок формирования на региональном. Практика развития местного самоуправления в зарубежных странах также свидетельствует о бесперспективности навязывания пропорциональной системы. Партиям сегодня стоит больше уделять внимания повседневным нуждам людей, помнить, что судьбы каждой семьи решаются непосредственно на земле, и тогда каждая партия будет иметь поддержку своего избирателя. Условия для этого сегодня в стране созданы.

Ну, насчет условий, по-моему, лидеры партий придерживаются другого мнения.

Новым этапом в развитии избирательной системы России станет реализация Послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию 2009 года. Безусловную поддержку должны получить инициативы об установлении единого критерия численности депутатов законодательных собраний регионов, равных возможностей формирования фракций для всех партий, представленных в региональных парламентах, гарантия представительства партий, набравших на выборах в региональные законодательные собрания более пяти процентов голосов избирателей, освобождение партий, имеющих представительство в региональном парламенте, от сбора подписей.

«Безусловную поддержку должны получить»! Ясно? Не сметь возражать!

Обсуждение возможности полного отказа от сбора подписей, упорядочения применения открепительных удостоверений, норм досрочного голосования пока не позволило сделать однозначные выводы. Большинство партий – «за», но есть и обоснованные возражения.

Вот интересно. Оказывается, есть вопросы, вызывающие разногласия. Так почему бы именно на них и не сосредоточиться?! Но нет, о них-то как раз вскользь!

Созданию конкурентной среды будет способствовать и принятие в субъектах законов о равных гарантиях освещения в местных СМИ деятельности партий, представленных в региональных парламентах.

Видели мы эти «равные гарантии»!

Технологическому обеспечению политической конкуренции будет способствовать совершенствование технологии избирательного процесса, внедрение новых электронных технологий. Стоить такое переоснащение будет дорого, но общественная стабильность, доверие граждан к легитимности власти дороже. Подобная техническая революция в системе выборов позволит резко уменьшить возможности для политических спекуляций о фальсификациях на выборах, время от времени поднимаемых некоторыми представителями партий.

Ну как же это может уменьшить возможности для спекуляций?! Спекуляции – они ведь изначально злонамеренны! Или Вы на самом деле понимаете, что «спекуляции» не беспочвенны?

Но укрепление демократии не означает ослабления правопорядка. Любые попытки под демократическими лозунгами раскачивать ситуацию, дестабилизировать государство, раскалывать общество должны пресекаться. Закон должен быть один для всех: и для правящей, и для оппозиционной партий.

Золотые слова. Только не подкрепленные делами.

Перемены должны быть постепенными, продуманными, поэтапными, но неуклонными и последовательными.

Перемены должны быть продуманными. Это правда. Все остальные прилагательные – треп.

С.МИРОНОВ:

Так вот по вопросам изменения избирательного законодательства. Наша партия, ещё раз напоминаю, против досрочного голосования и голосования по открепительным удостоверениям на любом уровне выборов.

То есть проблема обеспечения избирательных прав граждан партию не волнует.

Мы будем настаивать на установлении права гражданина по итогам выборов получить информацию на специальном сайте избирательной комиссии о факте его участия в голосовании.

И права начальника этого гражданина получить информацию об участии в выборах его подчиненных.

И ещё одна позиция из этой же сферы. «Справедливая Россия» предлагает законодательно изменить порядок формирования избирательных комиссий регионального и муниципального уровней. Сегодня они формируются теми самыми органами власти, которые и предстоит переизбирать. И нами предлагается формировать все избирательные комиссии этого уровня непосредственно из представителей, назначаемых всеми политическими партиями на паритетных началах.

А у вашей партии хватит людей, чтобы заполнить все участковые комиссии?

В.ЖИРИНОВСКИЙ:

Давайте какой-то вариант найдём. 55 процентов, хватит одной партии 55, оставьте 45 оппозиции. Давайте примем закон, что ни одна партия не может получить больше 40 процентов. Мы же нижний предел определили, что, если партия не получила семь процентов, она остаётся на улице, а её голоса уходят другим партиям. Так давайте то же самое сделаем. Даже если и кто-то получит больше 40, вот то, что больше 40, уйдёт другим партиям. Тогда будет стабильная демократия, здоровая, чтобы отбить желание – умерить аппетит – вернуться к однопартийному режиму.

Ну понятно, что сам выступающий всерьез это предложение не воспринимает.

По кадровым вопросам. Я считаю, что нужно ввести правила, это, может быть, изменение Трудового кодекса, Гражданского кодекса, всё-таки ограничить срок пребывания любого руководителя на руководящем посту. Например, 10 лет – всё, два по пять или три по три, но более 10 лет человек не должен находиться, включая всех руководителей: губернатор, мэр, руководители научных учреждений, театров и так далее, и политических партий, заранее могу сказать. Тоже давайте, только желающих нет возглавлять оппозиционные политические партии. Идут туда, где пряники раздают, там, где есть бюджет, финансы, где есть реальная власть, а вот каждый день выслушивать ушаты грязи лидеру оппозиционной партии – таких желающих нет. Как появятся, уступим место. Мы объявляем уже много лет конкурс, никто не хочет.

Хитрость в том, что закон о ротации партийных лидеров уже принят. Так что теперь Жириновский за ротацию и всех остальных. Особенно важна с точки зрения политической системы ротация руководителей театров.

Надо убрать любое досрочное голосование, любое голосование на дому, и никаких открепительных талонов. Ну что это такое, вся область вдруг едет в город ночью? Завтра выборы, и вся область ринулась в город, это же смешно.

Ну конечно, раз Миронов высказался за отмену досрочного голосования и голосования по открепительным, то что остается Жириновскому? Только призвать к отмене голосования на дому! Следующим останется только предложить отменить голосование на избирательных участках! Там ведь тоже бывают фальсификации.

С.МИТРОХИН:

Поэтому, ещё раз, главное условие модернизации страны – это реформа политической системы, и основные направления этой реформы – демонополизация, создание условий для политической конкуренции, раскрепощение крупных социальных слоёв общества, отделение власти от бизнеса и создание мощного класса полноценных собственников. Основные шаги этой реформы мы видим в следующем.

Во-первых, начинать надо со средств массовой информации, общество должно быть услышано. Политические силы, представляющие общество, должны вести диалог со всей страной, а не только с маленькими аудиториями через интернет или какие-то отдельные независимые маленькие газеты и радиостанции. Мы констатируем, что в государственных средствах массовой информации, вещающих на всю страну, у нас сохраняется цензура. Эту цензуру надо отменять, может, или сразу, или постепенно, эволюционно, революционно – это не имеет значения. Уходить от этого надо, без этого невозможно дальнейшее развитие. Необходимо наказание за административное давление на СМИ и журналистов со стороны чиновников и устранение административного ресурса, который у нас везде является движущей силой государственной политики. Нужно начинать именно со средств массовой информации и, конечно же, обеспечения равного доступа политических партий. Сегодня этого доступа нет, непарламентские партии в этом вопросе абсолютно дискриминированы.

На этот крик души никакого ответа от правящих товарищей не последовало.

Дальше. Система выборов. Тоже начинать с демонополизации самих избирательных комиссий. Сегодня они подчинены исполнительной власти – это полный абсурд, потому что в исполнительной власти доминирует одна партия, заведомо создаётся преференция для одной партии. Диктат в этих самых комиссиях, отсюда, собственно говоря, и почва для фальсификаций. Мы считаем, что все комиссии должны формироваться самими партиями на равных условиях безотносительно представительства их в парламентах всех уровней.

Тот же самый вопрос, что и Миронову: у вас что, есть для этого достаточно людей? Если я правильно понял, у вас даже на 192-м участке своего представителя не было!

Теперь фальсификация. Мы считаем, что необходимо ввести дифференцированную уголовную ответственность за каждый вид фальсификации. Не в общем виде, как сейчас это сформулировано в Уголовном, Административном кодексах, а за каждое конкретное действие: выдворение наблюдателей с участка, нарушения при составлении протоколов; по каждому виду нарушения – уголовная и административная ответственность, – работать будет гораздо легче.

Предложение, в принципе, правильное. Но что толку от него, если все равно к ответственности ни за что такое не привлекают?

Мы считаем, что подсчёт голосов надо осуществлять не в участковых комиссиях, а в территориальных. Это облегчит контроль за данным процессом, а именно это является самым слабым звеном, которое приводит к фальсификациям.

Вообще предложение интересное. Но его бы надо проработать. Не боитесь подмены урн при их перевозке в территориальную комиссию?

Мы считаем, что надо ввести запрет на практику так называемых «паровозов». Вот тут говорилось только что о том, что в чём-то кто-то там обманывает избирателей. Мне кажется, вот представитель той партии, который выступал, он в данном случае не совсем последователен, потому что обман избирателей начинается с той практики, когда идёт губернатор во главе списка или кто-то очень известный, какой-то другой чиновник, например, в том же регионе, а потом он отказывается от мандата, и вместо него проходят никому не известные люди в парламент, которые, естественно, подчиняются ему во всём.

Запретить это, конечно, невозможно. Но меры противодействия этой технологии принимать надо.

В партийной системе считаем необходимым снижение нормы численности для партий. Можно и до 5 тысяч человек, можно до десяти, как было раньше. Ничего страшного нет в том, что общество получит возможность выдвигать новые политические силы, и эти силы могли бы представлять их в парламенте.

Ну что ж, «Яблоко» оказалось единственной партией, которая не держится за монополию «великолепной семерки» на политическое представительство.

А с этой целью можно пойти и на снижение заградительного барьера как минимум до 5 процентов. Не надо бояться снижать и меньше – ничего страшного в том, что общество представлено различными политическими силами, нет. Наоборот, от этого будет только польза.

Безусловно, разумное предложение. Правда, в этом отношении у «Яблока» прямая заинтересованность.

Общественным объединениям снять все запреты нелепые и бессмысленные, которые сейчас на них наложены. Они играют огромную роль в обществе, они помогают. Там, где власть понимает их значение, они помогают развитию страны и решению задач самой же власти.

Эх, если бы вы еще сняли те нелепые запреты, которые сами наложили на членов своей партии!

Н.КОРНЕЕВА:

Мы предлагаем принять следующие решения.

Первое. Уже сейчас, в 2010 году, отменить сбор подписей для непарламентских партий на выборах всех уровней.

Да, Президент ведь так и не объяснил, почему он предложил отказаться от сбора подписей «в перспективе», а не прямо сейчас.

Второе. Гарантировать освещение деятельности не только парламентских, но и непарламентских политических партий в государственных, федеральных, региональных и местных средствах массовой информации. Это решение мы предлагаем принять тоже в текущем году.

Принять решение можно. Но будет ли оно работать?

Третье. Проводить выборы в представительные органы власти субъектов Федерации только по партийным спискам.

Ну да, интересы беспартийных граждан вас не волнуют.

Четвёртое. На муниципальном уровне проводить выборы по смешанной системе, включая выборы по одномандатным округам.

Спасибо и на том, что не предлагаете и на муниципальном уровне только партийные списки. Но вообще выборы в сельсоветы по смешной системе (извините, опечатка, смешанной)…

Пятое. Обеспечить государственное финансирование для всех семи политических партий в зависимости от числа голосов, полученных партиями на последних выборах в Государственную Думу.

Ой, ну ведь гроши получите – миллион рублей в месяц. Неужто Семигин разорился?

Шестое. Мы считаем, что непарламентские партии должны иметь право включать своих представителей с правом решающего голоса в состав избирательных комиссий всех уровней.

В нынешней ситуации, пожалуй, да. Но вообще вы все время исходите из посылки, что партий семь и больше не будет.

И, наконец, седьмое. Предлагаем уже с 2010 года снизить электоральный барьер с 7 до 5 процентов на выборах всех уровней. Сегодня мы видим, что в закон о выборах уже внесены изменения, дающие партиям, набравшим свыше 5 процентов голосов, возможность получить один-два мандата в Государственной Думе. Таким образом, первый шаг в этом направлении уже сделан, и мы его поддерживаем.

Тем не менее даже самые лучшие идеи иногда могут устареть ещё до того, как они будут реализованы. Например, представляется крайне несправедливым, что партия, набравшая 6,9 процента голосов, получит всего два мандата, в то время как партия, набравшая 7 процентов, получит более 30. Такая логика, по современным меркам, выглядит довольно странной.

Какое примитивное лукавство! Идея «устарела» еще до того, как была высказана. Если двигаться в этом правильном направлении такими «шагами», то дойдем до цели где-нибудь к концу двух следующих президентских сроков.

Г.БОВТ:

Нужно изменить порядок формирования избиркомов. Они должны формироваться напрямую партиями.

Тот же вопрос, что Миронову и Митрохину.

Все партии выдвигают списки кандидатов без сбора подписей. Почему партия, получившая регистрацию, должна снова доказывать наличие своего электората? Ведь не секрет, что процедура проверки подписей иногда придаёт простор для самых иезуитских фантазий, когда речь идёт о неугодных кандидатах. Основанием для отказа в регистрации может быть только уголовное дело или уголовное преступление.

Накликаете! Будут заводить уголовные дела!

В случае предъявления в суде двух надлежаще оформленных протоколов участковой избирательной комиссии с разными данными о количестве голосов результаты голосования на участке нужно признать недействительными, потому что ненормальная ситуация, когда вскрываются указанные нестыковки, а потом никто не несёт за это наказание, и говорят, что это, мол, не оказало влияния на результаты волеизъявления.

Неужели непонятно, что вы предлагаете создать механизм для облегченной отмены итогов голосования именно там, где у вас будут наилучшие результаты?!

Надо запретить проверки партий в период избирательной кампании, запретить арест тиражей агитпродукции, потому что даже если потом постфактум изъятие такое признано незаконным, то поезд уже ушёл, избирательная кампания испорчена, и поезд этот ушёл не туда.

Да, аресты тиражей – это форменное безобразие.

Обеспечить доступ кандидатов и их доверенных лиц к спискам избирателей в течение месяца после голосования, дать избирателям возможность через интернет проследить, а не проголосовал ли кто-нибудь вместо них, больше прозрачности, в том числе урнам для голосования.

С этим, конечно, что-то надо делать. Но облегченный доступ к спискам избирателей… Он будет облегченным не для вас.

При отказе кандидата от мандата сразу после выборов этот мандат хорошо было бы передать следующему по списку по результатам выборов избирательного объединения. В противном случае и дальше будет процветать лукавая практика «паровозов», когда избирателей, по сути, водят за нос, понуждая голосовать за тех, кто и не собирается прилежно работать в том органе, куда он делает вид, что избирается. Практика «паровозов» – это политический фетишизм или выборы котов в мешке, которые едут в опломбированном вагоне за своим лидером.

Да, санкции за отказ от мандата, безусловно, нужны. Хотя бы такие, хотя, на мой взгляд, это не оптимальный вариант.

Относительно муниципальных выборов. Нужны прямые выборы глав административных округов в крупных городах и глав крупных городских поселений без исключений. Когда мы говорим об ответственных, инициативных гражданах новой страны, то инициатива и ответственность рождаются именно отсюда, снизу.

Мы также за возврат общественным организациям права выдвигать кандидатов на местных выборах, особенно в малых городах и сельских поселениях, за создание реального самоуправления в городе Москве на уровне административных округов. Ну в идеале, конечно, желательно было бы видеть и прямые выборы мэров Москвы и Санкт-Петербурга.

Вообще-то общественные объединения лишили права выдвигать списки кандидатов. Права выдвигать кандидатов их не лишили. Пока.

Идёт ползучая атака местной бюрократии на права граждан. Но где, как не на местном уровне, учиться демократии! Ещё два года назад на прямых выборах избирались главы почти в 70 процентах муниципальных образований, сейчас соотношение приближается к 50 на 50. Прямые выборы мэров отменены в десятках городов, и идёт подкоп под выборы мэров в других городах. Почему бы не положить конец насаждению подобной антивыборной, назначенческой политической культуры? Вернуть, например, прямые выборы в Совет Федерации, тогда, может быть, более эффективно институт представительства регионов заработал бы.

Все вроде бы правильно. Но почему-то про выборы губернаторов – молчок. Боитесь, что Президент заругает?

А почему, например, в рамках реформы системы МВД не избирать участковых уполномоченных, что повысило бы их ответственность перед населением, сняло бы отчасти то напряжение, которое имеется в отношениях между населением и милицией? Мы выступаем за предоставление права голоса на местных выборах владельцам недвижимости на территории данного муниципального образования, в том числе членам садоводческих товариществ, потому что не может быть налогов без представительства.

Спорные предложения, но обсудить их стоит.

Без независимого суда не заработает эффективно вся политическая система. Партия «Правое дело» поддерживает все предложения в этой области, высказанные Президентом в Послании Федеральному Собранию. Надо наконец вывести суды из-под зависимости от региональных властей, а то порой удивляются, как это: глава региона как ни придёт в местный суд судиться с кем-нибудь, так всегда и выигрывает. Откуда такое везение в сутяжничестве?

В.ПУТИН:

Вот что абсолютно правильно – это нужно укреплять судебную систему. Совершенно согласен с этим. И двумя руками поддерживаю предложение, связанное с антикоррупционной экспертизой принимаемых законов, в том числе с привлечением не только парламентских партий. Абсолютно с этим согласен.

Теперь по поводу судебной системы и возможности избрания судей в различных уровнях и инстанциях. Вы знаете, у нас и так много проблем, связанных с правоохранительными органами и судебной системой. Если мы создадим вообще замкнутую неподконтрольную корпорацию, то неизвестно, к чему это приведёт.

Я ещё раз хочу сказать: считаю правильным думать о реорганизациях, о совершенствовании судебной системы, правоохранительных органов, но действовать здесь нужно крайне аккуратно. Мы и так практически вывели за рамки общественного и государственного контроля судебную систему. Не знаю, пошло ли это на пользу самой судебной системе. И потом вынуждены были, кстати говоря, корректировать всё, что там происходит.

Так, еще раз и медленно… «Мы вывели судебную систему за рамки общественного и государственного контроля… И потом вынуждены были корректировать все, что там происходит». Вы что-нибудь поняли?

Я понял только то, что у нас «много проблем, связанных с судебной системой». Но тем не менее – «по поводу фальсификаций идите в суд». Видимо тут «у вас» проблем с судебной системой нет!

А в целом общее впечатление – власть оппозицию не слышит. Не хочет слышать.