Обязательно пойду ещё

4660-%d0%9d%d0%b8%d0%ba%d0%b8%d1%82%d0%b8%d0%bd%d0%b0%20%d0%9e%d0%bb%d1%8c%d0%b3%d0%b0%20%d0%98%d0%b2%d0%b0%d0%bd%d0%be%d0%b2%d0%be
18 января 2012 г.
Текст: Ольга Никитина, корреспондент газеты «Гражданский голос»

После двух тренингов и распределения участков между корреспондентами, вооружившись всеми необходимыми по закону о СМИ документами, а именно: редакционным заданием, паспортом и удостоверением представителя СМИ, я отправилась на выборы. С утра прочитала все новости с дружественных фронтов, узнала, что проблемы у наших корреспондентов возникли только в Томске, ничего не предвещало беды.

В УИК №153 доброжелательные секретарь и председатель сразу же пошли на контакт, внесли меня в список присутствующих, поинтересовались, останусь ли я у них на весь день или уйду. Нарушений по оформлению участка и открытию существенных не было: вся необходимая информация предоставлена вовремя, урны правда предъявили и опечатали чуть раньше положенного времени. Но, замечу, что председатель, предъявляя урны, ждала, пока члены комиссии, наблюдатели и я не засунут туда свой нос, чтобы убедиться в том, что урна пуста. Работа идет своим чередом: люди приходят-уходят, часто знакомые членам комиссии, останавливаются поговорить. В холле, в котором расположена УИК некомфортно. Дует изо всех углов, свет отвратительный, как там учатся дети, не представляю. Наблюдатели скучают. Такое ощущение, что им всем наплевать на происходящее. Председатель доброжелательно предоставляет мне все нужные числа, позволяет всем спокойно передвигаться по участку и совать свой нос везде и приглашает наблюдателей на выездное голосование. Тут-то и начинается самое интересное.

Ко мне подходит председатель, отзывает меня в сторону. На удивление, председатель не хочет конфликтной ситуации и спрашивает у меня, что делать — ведь в соответствии с инструкциями, данными в этом противоречащем законодательству письме, она должна меня удалить с участка. Объясняю ей, что все равно собираюсь уже уходить, ей не обязательно тратить время на решение об удалении, ухожу. Все счастливы, все довольны.

По дороге домой отзваниваюсь оператору, отчитываюсь по заполненному блокноту, консультируюсь с бригадиром по поводу сложившейся ситуации. Забегаю домой выложить лишнее из сумки (подсознательно чувствуя, что ждет меня дальше), перекусываю и иду по составленному заранее плану.
Следующий участок №154 — школа, на территории которой мы летом нередко гуляем. Прихожу, спокойно регистрируюсь, начинаю заполнять блокнот. Через 10 минут ко мне подходит председатель с точно таким же письмом. Я говорю ему, что и у них, и у меня своя отчетность, я не буду против, но без письменного документа об удалении меня с участка я не уйду. Председатель соглашается и начинает заполнять бумагу. За это время я замечаю женщину, которая пришла голосовать и «почему-то» оказалась в списках на выездное голосование вместо мужа. Ей отказывают в перенесении ее из одного списка в другой (хотя перед этим тоже самое проделал другой мужчина), она ругается и уходит оттуда. Наблюдатели, которые могли бы обратить внимание и помочь пожилой женщине составить жалобу, сей факт игнорируют.

Тем временем председатель заканчивает заполнять бумагу, проводит голосование среди членов УИК и единогласно меня удаляют с участка. Перед уходом шагами измеряю расстояние до стоящего рядом баннера ЕР. Я не думаю, что у меня шаги больше полуметра, поэтому с чистой совестью ставлю отметку о нарушении правил агитации.

Следующий (и последний на тот день) мой участок — это 145.
Я опять опережаю письмо, поэтому спокойно регистрируюсь на участке. Наблюдаю интересную картину: на участках в нашем городе по спискам в среднем по 2–3 тыс. человек, время 12 часов дня. И тут у одного из членов УИК «внезапно» закончились бюллетени. Председатель подходит с новой пачкой, кидает их на стул рядышком и без всяких росписей за выдачу идет дальше по делам.

Далее следует уже известная история: минут через 10–15 моего присутствия на участке приходит то самое письмо. Председатель говорит, что должна меня удалить. Возвращается с двумя полиционерами внушительных габаритов за спиной, тыкает мне в лицо этим письмом. Я, слушая ее, оцениваю ситуацию, честно говоря, пугаюсь, и не споря, дослушиваю ее, прощаюсь и выхожу. Выборы закончены. Вероятно, это еще не конец этой истории. Если будет необходимо, при подаче заявлений в прокуратуру и еще куда-нибудь, я с радостью пойду свидетелем или кем еще потребуется. Для меня это в том числе и личная реакция на нарушение моих прав. Если председатель облизбиркома — представитель власти позволяет себе нарушать закон, то зачем нужна такая власть?

Прошедшие выборы только усилили желание продолжать это дело и идти работать и на президентских выборах.

Документы

5289-pismo
Письмо председателя Избирательной комиссии Ивановской области В.В. Смирнова

Согласно этому письму в г. Иваново повсеместно выдворялись из помещений для голосования корреспонденты газеты «Гражданский голос».

5290-pismo-001
5291-reshenie-uik-154-nikitina
Решение участковой избирательной комиссии № 154 о недопущении в помещение для голосования корреспондента газеты "Гражданский голос"
5292-reshenie-tik-nikitina
Решение территориальной избирательной комиссии Фрунзенского района г. Иваново об отказе в жалобе корреспондента газеты "Гражданский голос"