Серебрянный призер по фальсификациям: Истринский район Московской области

5931-scr-pic4-350x-81942
09 июня 2012 г.
Текст: Андрей Бузин, руководитель отдела мониторинга выборов ассоциации «ГОЛОС»

Из известных мне по декабрьским выборам сведений о переписывании протоколов было ясно, что вслед за несомненным победителем в этом виде фальсификаций – города Сыктывкара – сразу идет Истринский район Московской области. (Заметим в скобках, что лидерство этих двух муниципий ставят под вопрос шесть кавказских республик + Мордовия, Башкортостан и Татарстан. Но по этим регионам практически нет копий протоколов).

По имеющимся у меня таблицам, содержащим сведения из полученных наблюдателями копий протоколов, в Сыктывкаре переписали 66 из 85 (78%) протоколов, а в Истринском районе – 33 из 55 (60%). При этом Истра явно уступила Коми и по качеству заверения копий. Интересующихся подробностями произошедшего в Истринском районе отошлю к содержательному материалу Павла Куликова.

Понятно одно: то, что произошло в этих ТИК (точнее говоря – в администрациях, где эти ТИКи сидят) – массовое уголовное преступление, совершенное организованной преступной группой в особо циничной форме — вполне тянет по нашему УК на несколько лет реальной тюрьмы. Но ни там, ни там не возбуждены уголовные дела, ни в одном случае не отменены итоги голосования.

Оборона построена в несколько эшелонов.

Сначала – избирательные комиссии. В федеральных выборах, их, как известно, 4 уровня. Ну, о ЦИК говорить не будем, понятно, что сидят там непростые смертные, хотя бы потому, что кормят их от кремлевской столовой. В Избиркоме Московской области недавно сменился председатель и стал им Ирек Раисович Вильданов. Когда-то Ирек был моим другом, и мы многому друг от друга научились, поэтому мне очень жаль…. Мои соболезнования. А вот председатель Истринской ТИК, которую я лично не знаю, меня не удивила: понятно, что то, что произошло, свершилось не без ее участия (возможно, пассивного). И было бы странно, если бы она рассказала бы обо всем следователю, вместо того, чтобы провести с ним ликбез по избирательным процедурам. Но есть еще члены участковых комиссий. Они-то в кремлевской столовой не питаются, денег за фальсификации в большинстве своем не получают. И что же?

Как нам сообщает следователь по особо важным делам следственного отдела по г. Истре Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Московской области старший лейтенант юстиции Юшин Н.В. (собственно, подписанный им и присланный Павлом Куликовым документ, и стал толчком для написания этой заметки) «в ходе проведения проверки опрошены шестьдесят два члена участковых избирательных комиссий Истринского района Московской области, которые по своей сути дали аналогичные пояснения, в частности, что нарушений в ходе проведения выборов 04.12.2011 не наблюдалось….». Я думаю, что главным мотивом такого поведения большинства членов УИК является полное их безразличие к выборам плюс корпоративная солидарность. А откуда возьмется интерес, если выборов-то в нашей стране почти и не было? Да и подбирают членов УИК, в основном по тому принципу, чтобы были безразличными.

Следующий эшелон – следователи и прокуроры. Ну, — эти уже настоящие госслужащие и защищают они государство. Защищают, как умеют. С одной стороны, по постановлению Юшина видно, что он не знаток избирательных тонкостей. Все эти обороты типа «часть голосов из всех политических партий, кроме партии «Единая Россия» были убраны…» и «данные проверяются… по таблице контрольных соотношений», встречающиеся в Постановлении следователя по особо важным делам, не свидетельствуют о том, что он считал дело особо важным. Но с другой стороны, коли уж следователь не может разобраться в деле (и ему действительно не хватает письменных и вещественных доказательств), а в заявлении 16-ти лиц говорится об уголовном преступлении, почему бы все-таки не возбудить дело, что чтобы продолжить более тщательное расследование?

Что, собственно, сделало следствие? Вызвало возможных участников преступления и допросило их. Они, естественно, ушли в несознанку. А поэтому дело не возбуждается. Наши избиркомы тоже так заявления о нарушениях проверяют, обращаясь к нижестоящим комиссиям, потом издают «зеленые книги» с записями «сообщение не подтвердилось».

Следующий эшелон — суды. Тут вообще песня. В отличие от следственного комитета, суд ведет рассмотрения дела с непосредственным участием заявителя. Если, конечно, признает заявителя как такового. А то в последнее время некоторые суды додумались до замечательного хода: признание лица ненадлежащим заявителем по причине того, что лицо утеряло свой статус после выборов (кандидата, наблюдателя и т.д.)

Если, все-таки, дело дошло до судебного заседания, суд может попытаться отклонить все существенные ходатайства, например, ходатайства о вызове свидетелей или о представлении тех или иных документов избирательной комиссии (замечено, что так чаще поступают судьи более опытные и уже знающие, что за это им ничего не будет). Будьте уверены, что после этого суд напишет в своем решении следующую фразу: «Заявителем не представлены доказательства, подтверждающие его правоту».

Но зато, если судья попался такой, который хочет сымитировать тщательное рассмотрение дела, то в этом случае мы в виде решения и особенно в виде протоколов судебного заседания получаем прямо-таки готовое для публикации свидетельство деградации российских выборов.

Ну, вот например: «Суд не соглашается с доводом заявителя о том, что участковой избирательной комиссией избирательного участка №725 был выдан итоговый протокол голосования по данному участку, который по утверждению заявителя, является подлинным и отражает его действительные итоги, поскольку оригинал протокола данной комиссии был представлен суду Mocкoвской городской избирательной комиссией, в которую он был передан на хранение после установления итогов голосования на участке и окончания выборов и в котором указаны действительные итоги выборов. Тогда как представленный заявителем экземпляр №2 протокола УИК №725 является тренировочным» (из решения Бутырского районного суда по жалобе «Яблока» от 08.02.12).

Или вот, из допроса председателя участковой комиссии: «Вечером, когда время подошло к подсчету голосов, из ТИКа позвонил мужчина и спросил, есть ли на участке представители газеты «Гражданский голос». Я ответил, что есть, тогда он сказал удалить их. Я ответил, что у журналиста все понятно с документами. Но мужской голос настоял на том, чтобы я это сделал и ничего не объяснил» (из протокола заседания Сыктывкарского городского суда от 17.10.11 по заявлению редакции газеты «Гражданский голос»).

Решения судов по избирательным спорам можно было бы читать как беллетристику, если бы они не были на 80% наполнены пустопорожним переписыванием законов.

Насколько я понял, судебные разбирательства в Истринском районе продолжаются. Я желаю мужества и сил тем настоящим гражданам России, которые борются с государственными фальсификаторами из администрации и их покровителями (покрывателями) из избиркомов, прокуратур и судов. И правильно, что вы, наконец, пошли в суд. Хотя следовательские постановления тоже интересны, но судебные, надеюсь, с вашей помощью, будут полнее и выразительнее.

Блог автора