Галина Иванова: Мы хотим только, чтобы люди были грамотными, а выборы проходили честно

6111-p1030169
13 июля 2012 г.
Текст: Елена Аникина

Правила работы НКО нужно было смягчить хотя бы потому, что иначе большую часть таких организаций пришлось бы признать иностранными агентами

В день выхода этого номера «Новой Сибири» Госдума планирует рассмотреть законопроект, который по своей скандальности вполне может потягаться с не так давно рожденным законопроектом, ужесточающим наказание за нарушения на массовых акциях. У проекта, согласно которому ряд российских некоммерческих организаций должны будут во всеуслышание объявить себя «иностранными агентами», действительно, не так и мало общего с законом о митингах. «Родителями» и того, и другого формально стала «Единая Россия». Более того, вносил на рассмотрение в парламент оба документа один и тот же депутат — вмиг прославившийся Александр Сидякин. А еще оба законопроекта принимаются в пожарном порядке. Есть в законе об иностранных агентах что-то дьявольское: его номер — 102766–6 (с тремя шестерками на конце), а принять его планируется в пятницу, 13-го

Депутаты продлили весеннюю сессию на целую неделю, как раз ради того, чтобы именно в этом сезоне успеть поставить точку в вопросе с иностранными агентами. И пусть между чтениями по некоторым другим законопроектам, далеко не столь важным и громким, проходит месяцев по пять, причин для переноса обсуждения по НКО не увидел даже гарант российской Конституции.

Да и к чему долго раскачиваться, ведь законопроект должен был бы коснуться, по словам господина Сидякина, максимум нескольких сотен организаций. Для того чтобы попасть в поле зрения законопроекта, НКО должно не только получать финансирование из-за рубежа, но и вести политическую деятельность. Видимо, должны были впасть в панику те самые организации и движения, которые всю зиму никак не хотели признаваться, что ходили на митинги исключительно за деньги Госдепа. Но громче всех возмущаться стали как раз не эти люди, а представители, казалось бы, совершенно безобидных для правящей партии организаций, члены которых, возможно, отродясь не цепляли на себя белые ленты.

Оказалось, что под раздачу могут попасть тысячи и тысячи различных НКО. Они принялись писать петиции против законопроекта. На всякий случай пытались обратиться к здравомыслию законодателей, уверяя, что по их логике все они тоже «шпионы» — а как еще на постсоветском пространстве можно трактовать формулировку «иностранный агент»? В потенциальные шпионы «записались» не только представители правозащитных ассоциаций — волонтеры благотворительных фондов и экологических движений, преподаватели вузов, сотрудники Эрмитажа и творческого объединения «Настоящие друзья Буратино». Ладно бы они только деньги получали от иностранцев. Но хотя бы считали себя далекими от политики, пока не прочитали текст законопроекта. По нему выходит, что причастной к политической деятельности признается любая НКО, которая «участвует в организации и проведении политических акций в целях воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими государственной политики, а также в формировании общественного мнения». Так что политически настроенными могут быть как защитники Химкинского леса, так и представители сексуальных меньшинств, требующие пересмотреть российское законодательство на предмет разрешения однополых браков.

«Деньги из-за рубежа получают многие фонды и организации. Из Германии в новосибирскую галерею переводят деньги, чтобы были сделаны репродукции немецкого фотографа. Или театральная труппа из другой страны собирается приехать в Новосибирск на гастроли и перечисляет средства на изготовление рекламной продукции. Те, кто эти деньги берет, — враги народа? А придраться по поводу политической направленности можно к любому фонду и организации — было бы желание. И попытки открыть выставку «Родина» тоже могут быть признаны политическим шагом», — считает директор Сибирского центра современного искусства Анна Терешкова.

Видимо, пытаясь поскорее продавить законопроект, единороссы упустили из виду, что на неприятные для российских властей проекты финансирование из подозрительно неотечественных рук получает не только неугомонный выпускник Йельского университета США Алексей Навальный. Вполне лояльно настроенные к власти структуры и даже федеральные агентства не гнушаются иностранной помощи: Русская православная церковь, Росатом и Минторг в том числе. Почему-то изобличители иностранных агентов забыли, что Судебный департамент при Верховном суде России участвует в освоении средств, получаемых от Всемирного банка.

Свой недочет, который не заметили впопыхах, авторы законопроекта, конечно, исправили. Сначала объявили, что ко второму чтению появятся поправки насчет РПЦ. И президент не остался в стороне — Владимир Путин попросил не распространять будущий закон на госкорпорации и создаваемые госкомпаниями НКО.

«То есть «Единая Россия» получает средства на Селигер от иностранных фондов. Та же «Молодая гвардия» ездит на стажировки за границу. И об этом нужно забыть? А нам, всем остальным, нужно объявлять себя иностранными агентами», — недоумевает исполнительный директор межрегионального общественного фонда содействия развития гражданскому обществу «ГОЛОС — Сибирь» Галина Иванова.

Снизить градус возмущения должны были и другие послабления, появившиеся в законопроекте в последний момент, после вмешательства главы государства. В президентском заключении, направленном в Госдуму, Владимир Владимирович предлагает сделать некоторые исключения и не относить к политической «деятельность в области науки, культуры, искусства, здравоохранения, профилактики и охраны здоровья граждан, защиты материнства и детства, социальной поддержки инвалидов, пропаганды здорового образа жизни, физической культуры и спорта, защиты растительного и животного мира, благотворительная деятельность, а также деятельность в области содействия благотворительности и добровольчества».

Все ли НКО, которые считали себя далекими от политики, теперь могут спокойно продолжить работать и перестать отвлекать инициаторов законопроекта просьбами внести те или иные поправки? Вздохнут ли они теперь спокойно и отпустят уже депутатов на заслуженные каникулы после такого трудного политического сезона.

«Да, Путин, конечно, сказал, что некоторым организациям теперь нечего переживать. Только до конца в это не верится — слишком уж законодатели торопятся. Когда в документе столько противоречивых и неточных определений, всегда остаются возможности для расширительной его трактовки. Так что мало ли что получится в итоге», — считает президент межрегионального общественного фонда «Сибирский центр поддержки общественных инициатив» Елена Малицкая.

Уж точно не вздохнули спокойно после обещания внести коррективы такие организации, например, как «Голос», которая уже много лет раздражает сторонников существующей власти тем, что постоянно ищет и находит нарушения на выборах. И не помогут заверения представителей «Голоса», что их главная цель — как раз добиваться соблюдения российского законодательства, а вовсе не менять его.

«Мы не политическая организация, и у нас нет желания устроить переворот, как в этом некоторые уверены. Мы хотим только, чтобы люди были грамотными, а выборы проходили честно. Но закон этот нас коснется, скорее всего. Я понимаю, что он направлен против нескольких конкретных общественных организаций. Конечно, нельзя написать закон, запрещающий работать именно «Голосу». Но можно написать закон, чтобы работать нам стало невыносимо, чтобы нам некогда было работать. По надуманным причинам меня могут замучить внеплановыми проверками. Если я не объявлю себя иностранным агентом — мне штраф миллион рублей. Если какую-нибудь злостность выявят — мне грозит тюрьма», — рассуждает исполнительный директор «ГОЛОС — Сибирь» Галина Иванова.

Правда, и тут не все так уж страшно. Тюрьма, внеплановые проверки по заявлению любого гражданина, особая форма отчетности, право по подозрению в несоблюдении каких-либо пунктов закона приостановить деятельность организации без суда на полгода — все это остается. Зато со штрафами парламентарии решили пока повременить: из законопроекта было решено убрать норму о денежных взысканиях, потому что для внесения поправок в Кодекс об административных правонарушениях нужно заключение регионов. Поэтому этот вопрос будет рассматриваться отдельным законопроектом и уже после депутатских каникул.

Между тем рано радоваться тем НКО, род занятий которых по инициативе президента, по идее, не будет являться политической деятельностью.

«Организациям, которые преследуют не коммерческие и не политические цели, а работают только на развитие нашей страны, опасаться абсолютно нечего. Но есть НКО, которые прикрываются названием «благотворительный фонд», а на самом деле получают деньги исключительно из-за рубежа. Если они не могут найти финансирование в своей стране, может быть, организация здесь и не нужна, а нужна только за границей? Ведь есть же на этот счет пословица «кто деньги платит, тот и музыку заказывает», — вторит российскому президенту депутат Государственной Думы от фракции «Единая Россия» Сергей Дорофеев.

Казалось бы, из-за чего столько шума? На воре и шапка горит, что тут думать, считают сторонники законопроекта. «Не вижу никаких проблем по этому поводу. Пугает финансовая отчетность? Проверки? А что, раньше они не отчитывались? Или тратили деньги, которые должны были направлять на отчетность, не на те цели? По сути, законопроект направлен только на одно — на то, чтобы организации признались, что живут на иностранные деньги. Признаются честно, что работают на чужие деньги, и все — пусть дальше работают. Чего бояться?» — считает Сергей Дорофеев.

И все же для организаций, в которых каждая копейка на счету, ужесточение требований к отчетности вполне может оказаться обременительным. Дорогостоящей процедурой является аудиторская проверка, которой должны будут подвергаться организации, выполняющие функции иностранных агентов, ежегодно. Прочая отчетность будет требоваться ежеквартально, она тоже стоит денег, а, скорее всего, придется взять в штат сотрудника, чтобы справляться с этими отчетами. Ничего нового в этом нет, некоммерческие организации, пользующиеся иностранными грантами, и раньше отчитывались по полной — просто реже. А тут еще и внеплановые проверки могут случаться после принятия закона хоть каждый день.

Больше всего, конечно, НКО возмущены обязанностью публично именовать себя иностранными агентами. (Хотя авторы законопроекта настаивают, что не «иностранными агентами», а «выполняющими функции иностранных агентов» — но суть вряд ли принципиально другая.) Кому было нужно, тот и раньше знал, какие НКО и откуда получают средства. Закон обяжет сказать об этом всем и во всеуслышание. Термин «исполняющий функции иностранного агента» должен занять видное место рядом с названием организации, которая попадает под определенные законопроектом критерии, — не только в отчетных документах, но и на сайтах, буклетах, плакатах организации. Чтобы любой человек видел сразу, на чьи деньги НКО живет. И кому какое дело, миллиарды выделяет Госдеп США или пять тенге кто-нибудь пришлет из Казахстана — и в том, и другом случае организация будет являться иностранным агентом.
Представители организаций опасаются, что этот лейбл повлияет и на финансовое положение НКО. По мнению некоторых общественников, он может отпугнуть часть жертвователей, которые посчитают, что организация, финансируемая иностранцами, и так живет неплохо.

«Закон направлен на то, чтобы сформировать негативное общественное мнение по отношению к некоторым НКО. Насаждается мысль о том, что иностранные средства — это плохо. Кто их берет — шпионы», — говорит президент фонда «Сибирский центр поддержки общественных инициатив» Елена Малицкая.

Конечно, есть выход — отказаться брать заграничные деньги и 
довольствоваться тем, что дает Родина. Но в щедрости Родину упрекнуть трудно. «Мы бы и рады получать наши местные деньги. На проект «Школа молодого наблюдателя» мы выиграли госконтракт управления по делам молодежи несколько лет назад. Но это было один раз. Теперь «Голосу» на это денег из бюджета никто не даст, потому что проект государству не нужен. А люди, которые работают в общественном секторе, знают — чтобы получить хоть немного средств от иностранного фонда, нужно проделать огромную работу. Глупо думать, что иностранцы стоят в очереди, чтобы нам деньги отдать», — отмечает Галина Иванова.

К слову, Владимир Путин пообещал, что правительство станет в будущем меньше скупиться в вопросе поддержки НКО. «Полагаю, что финансирование НКО должно быть увеличено не менее чем в три раза, то есть с одного до трех миллиардов рублей», — высказал мысль президент в разговоре с омбудсменами Владимиром Лукиным и Борисом Титовым и главой Совета по правам человека Михаилом Федотовым.

Кстати, сам Владимир Владимирович не понимает, почему общественники так оскорбились тем, что кому-то из них придется назваться «иностранными агентами». И авторы законопроекта недоумевают, почему поднялась такая волна. Ведь при разработке проекта они опирались на опыт развитых стран, где используется точно такой же термин. Не скрывают, что за основу был взят американский документ Foreign Agents Registration Act (FARA). Правда, не вспоминают, что закон FARA был принят еще в 1938 году для борьбы с нацистской пропагандой. Неохотно авторы проекта о НКО говорят и о том, что они и другой американский закон использовали для примера: «закон о внутренней безопасности» был принят в США в 1950 году, когда один американский сенатор сказал, что Госдеп США кишит коммунистами. Только даже в том же FARA не признавали агентами всех подряд, а только тех, кто действует «по приказу, просьбе, под руководством или контролем иностранного принципала».

Но пока все призывы различных правозащитников, политиков и просто неравнодушных к законопроекту людей к разуму разработчиков законопроекта особых результатов не дают. Звучали предложения заменить формулировку «иностранные агенты» на «НКО, получающие средства из иностранных источников» или «НКО, получающие деньги из иностранного источника на осуществление политической деятельности». Но, оказывается, по словам сторонников законопроекта, это не отражает его сути.

Несмотря на упреки в сырости законопроекта со стороны таких структур, как Верховный суд, Совет по правам человека при президенте, Общественная палата, Комитет гражданских инициатив Алексея Кудрина, несмотря на петиции и общественный резонанс, законопроект все-таки будет рассмотрен сегодня.
Без общественного обсуждения, которому должны подвергаться все социально значимые проекты, без анализа антикоррупционного комитета. По мнению Владимира Путина, тянуть нет смысла: «Вы понимаете, это такие сложные вещи, которые до конца нам вряд ли удастся вычистить», — пояснил он.

С другой стороны, наверное, настоящие «шпионы», которые на деньги Госдепа борются за либерализацию российского режима, могут быть только рады той шумихе по поводу иностранных агентов. Ведь если вокруг столько «своих», соблюдать конспирацию не так и сложно — поди разберись, кто Госдепу служит, а кто один доллар получил от лица без гражданства. А возможно, наконец-то этот закон поможет избавиться людям от предрассудков о коварных иностранных агентах. И на приписку под названием организации «иностранный агент» никто и внимания обращать скоро не будет.

Тем временем Александр Сидякин уже думает, чем бы еще заняться, и очень охотно рассказывает прочитанный в интернете несмешной анекдот: «Выходит депутат на трибуну и говорит: «Митинги мы ограничили, иностранных агентов выгнали. На селе работать некому, пора вводить крепостное право». А заканчивает господин Сидякин словами: «Я задумался». Страшно предположить, о чем.
Новая Сибирь